Бесконечное лето

 

Кабинка медленно опустилась перед нами, и тут я, кажется, поняла, почему тут не берут деньги за вход. Аттракцион сломан. Дно в кабинке отсутствует, лишь две перекрещенные балки составляют пол, а в четвертинках круглого дна - дырки! Это ж меня точно в них сдует!

Я хотела сделать шаг назад, потому что передумала кататься, но Аксели все державший меня за талию, не дал отступить, а вместо этого прижал к себе так, что ноги от земли оторвались, и запрыгнул в кабинку, которая уже начала медленно уползать вверх.

- Идиот! - вскрикнула, когда он сам, стоя на двух железяках, осторожно усадил меня в жесткое креселко, заодно стащив гитару с меня, потому что с ней вместе в кресло я не умещалась, - Дурак! Оно сломано!

- Кто? - Аксели удивился или сделал вид, что его и впрямь мои возгласы удивляют.

- Колесо! - голос сорвался на противный визг, - Видишь, дна нет!

- А, да зачем оно нам? - он ловко обогнул меня, стоя на одной ноги,  и, изогнувшись кошкой, прыгнул в соседнее кресло, положил ладонь поверх моей руки, вцепившейся в подлокотник.

Я же смотрела, как удаляется земля и не могла пошевелиться. А еще я боялась, что он выронит мою гитару, потому что держал он ее за гриф крайне небрежно.

- Не урони, - буркнула, переводя взгляд с гитары на Аксели, его лицо почему-то оказалось слишком близко. 

- Не волнуйся, - ответил он и прицепил мой инструмент к подлокотнику за перевязь. Только теперь я спокойно выдохнула, даже за себя бояться перестала немного. 

- Вообще-то, - заговорила, - Я не боюсь высоты, просто не ожидала, что здесь нет пола.

- Если хочешь, пристегнись. Там, - он тыкнул пальцем куда-то за спинку моего кресла, - ремень есть, кажется.

Я повертела головой, все так же крепко держась за подлокотники. Нет, я вовсе не боюсь высоты, но все же не настолько, что б взять сейчас и отцепить пальцы от твердой опоры. 

Аксели снисходительно улыбнулся, выдохнул, а затем, уцепившись за металлическую конструкцию в центре кабинки, перегнулся за спинку моего кресла, вытащил сначала один, затем и второй конец ремня.

А после он присел на корточки, поставив ноги на стальные перекладины таким образом, что меж них оказалась пустота, просунул концы ремня в дырки в подлокотниках и крепко связал. 

Смотреть, как он стоит над пропастью, не было никаких сил. Одно неловкое движение, и Аксели ведь сорвется вниз. Но его действия лишь казались небрежными, он ни разу не оступился, возвращаясь в свое кресло.

- Тебе совсем не страшно? - спросила я.