Нолат: Безумие Силы

 “Ментальная атака отражена” - голос Сефа теперь спокоен. 

 “Анализ!” -  моя мысленная команда больше похожа на крик.

 Кто бы не напал на меня, он оказался серьезным противником. Неумелым, вообще ничего не понимающим в искусстве боя, но это неумение с лихвой компенсировалось его возможностями: скоростью, силой, нечеловеческой, звериной грацией и каким-то шестым чувством, которое позволяло ЭТОМу уходить от моих атак буквально в последнее мгновение. 

 “Скорость: от одного и нуля, до одного и пятнадцати сотых от эталона” - делает первый вывод Сеф.

 

 Впервые за все года он назвал меня эталоном. Будь ситуация иной, я бы скорее всего обиделся, но сейчас не время. 

 “Гибкость: диапазон один и три, один и четыре”.

 Как он так извернулся? Мне пришлось сложиться, как какой-то гимнастке, чтобы уйти от его удара. А ведь меня учили не прибегать к театральным эффектам, хорошо учили, до смерти. Но это было единственным выходом.

Никак не привыкну, что воздух для ЭТОГо - такая же опора, как для меня бетонный пол под ногами. 

 Из гимнастического па ухожу перекатом. А вот стене, что была за моей спиной, не повезло. Бетонная крошка разлетается, будто от попадания снаряда. Стена в ладонь толщиной почти не замедляет кулак твари. Нет, я тоже так мог, но вот руку бы сломал точно, причем в пяти местах минимум.

 “В семи” - поправляет меня Сеф и тут же добавляет - “Сила: от одного и нуля, до двух и трех”.

И почти без остановки, новые данные: “Крепость: от двух и четырех, до двух и семи”.

 Беда! Реально беда. Я приноровился к атакам этого ˮне пойми чегоˮ, но как мне его ударить? Точнее, ударить-то могу. И сломать руку, гарантированно. А вот причинит ли мой удар такие же повреждения мертвяку? В этом не уверен. А его вообще можно убить? Он же и так труп! 

 А тварь распаляется все больше, особенно это видно по клыкам и постоянно мелькающему языку, что беспрестанно облизывает бескровные губы.

Будто он месяц шел по безводной пустыне, и сейчас мучим невероятной жаждой. 

 Эти дерганные, вначале хаотичные движения твари теперь мне понятны. Он действует на инстинктах, надо признать, инстинктах довольно совершенных. Все его движения — это стремление к кратчайшей дистанции удара, интуитивные уклонения и блоки, подкрепленные звериным, нечеловеческим чутьем.