Нолат: Безумие Силы

На мне сейчас вторая личина, а не одна из основных личностей, так что, если уберусь вовремя, то сколько фотографий инцидента не сделают, выйти на меня не смогут. В общем, дело поправимое, справлюсь. Не в первый раз, как говорится. Но это все лирика, мне сперва с тварью разобраться надо. И первая часть этой небольшой многоходовки начнется уже сейчас.

Оступаюсь во время очередной вражеской атаки, опускаю руки немного, совсем чуть-чуть, но зверь напротив, увидев шанс закончить бой, тут же кидается вперед.

Я теперь воздух, а не вода. Я больше не подобен водному потоку, не отражаю. Я везде, я дуновение, я танец. Как и в первом случае, к резкому изменению моих приемов труп не готов и попадает в ловушку. К тому же, у него есть слабость: левая ладонь мертвяка всегда сжата в кулак, будто он держит в ней что-то настолько ценное, что не готов расстаться даже сейчас! И это можно использовать, а точнее нужно! 

Тройной удар, левая ладонь с хищно изогнутыми пальцами метит в глаза, правый кулак - в то место, где у людей печень, а колено летит в пах мертвеца.

Сложность связки в том, чтобы все удары достигли цели одновременно. Да, это почти клинч, ближний бой, который я ранее избегал всеми силами. Но сейчас пришло время. Если ошибся, то умру.

 Все три мои удара заблокированы. Правый кулак пронзает боль, не перелом, максимум трещина, я верно рассчитал силу. Но вся связка была только прелюдией, основой всей комбинации является толчок плечом, всей массой.

А ЭТО, несмотря на то, что на пару сантиметров выше меня, весит килограмм на двадцать пять меньше. А когда стоишь на самом краю крыши, масса начинает играть очень важную роль. Есть! А теперь добавить! Локоть, затем пяткой с полуразворота из нижней позиции, пропуская тем самым уже запоздавшую контратаку мертвеца над своей головой.

Лети пташка, лети! А ты думал, я просто так тебя все это время подводил к нужной мне точке на крыше? Нет, внизу не за что зацепиться, с этой стороны здания ровная стена без окон.

 

Черные неподвижные глаза твари сверкнули в лунном свете какой-то нечеловеческой злобой и разочарованием. До зверя дошло, что у него нет больше опоры под ногами. 

А теперь бежать к другой стене, где есть окна, и скользить вниз, пока ЭТО летит на асфальт, нелепо размахивая лапами все двадцать восемь этажей.

Но не успеваю я сделать и шага, как тело твари будто взрывается. Нет, это не взрыв, что-то иное.