Нолат: Безумие Силы

 Безумие, так показалось бы любому, кто мог прочитать сейчас мои чувства и мысли. Но вот беда, при всем моем душевном раздрае и царящих в моей душе противоречиях, я нормален. Психически нормален, разумеется. И нет, это не вывод консилиума психотерапевтов, а куда более весомое утверждение, ведь раз в месяц я проходил проверку Слезой. И раз за разом она меня отвергала. А это и есть лучший показатель вменяемости, куда как более беспристрастный и честный, чем заключения любых докторов даже с самыми важными и престижными степенями.

Правда есть один нюанс, последняя проверка была за две недели до моего побега. И возможность того, что мой рассудок потихонечку съехал со стапелей за более чем три года постоянной скрытности, конечно, присутствует, но исчезающе мала, потому как я это все же я. Точнее, я то, что создал мой отец, во всех смыслах создал, и обычные обывательские рамки ко мне мало применимы. 

А может, плюнуть на все, на все эти мысли и просто пойти домой? В ту квартиру, которую я выкупил пару месяцев назад.

А дальше будь что будет? Ведь если смотреть правде в глаза, у меня недостаточно данных, чтобы провести полный анализ ситуации. Даже Сеф в этом деле мне мало поможет, так как информации не хватает категорически. 

Закрываю глаза и делаю вдох полной грудью. Мне надо подумать, недолго. Одному.

 Не успевает воздух полностью наполнить легкие, как наваливается какая-то странная слабость, чужая, не моя, обволакивает, успокаивает. Это продолжается меньше секунды, как мой разум разрывает протяжный внутренний вой, и слышный только мне голос орет хорошо поставленным баритоном.

“Ментальная атака!”

“Забиваю кору белым шумом”

“Щиты упадут через двадцать секунд!”

Последняя фраза странная, Сеф что паникует? А разве он умеет паниковать? Но эта вялая мысль, медленная, как тянущийся из узкого горлышка вязкий сироп, разлетается на мелкие осколки, стоит в голове заиграть какофонии абсолютно хаотичной музыки, запущенной Сефом.

 Характерный поток воздуха за спиной.

Атака в область шеи. Вбитые сотней смертей рефлексы, помноженные на то, кто я есть, перетекают в плавное размеренное движение, разве что скорость этого движения далеко за пределами возможностей обычного человека.

Интерлюдия

Интерлюдия

 Он прятался весь день. Как последняя самая ничтожная крыса, много часов избегал людей и главное солнца. Он! Возрожденный Носферату, был вынужден уподобиться жалкому беглецу.