На всю жизнь и после. Том I

Во всей этой толпе, которая циркулировала по артериям городских дорог и тротуаров, шероховатых как кожа на мужских щеках после неумелого бритья тупой бритвой. В этом потоке жизни Борис пытался себя отвлечь, убедить, что его жизни ничего не угрожает и всё будет хорошо. Мимо него проносились велосипеды и самокаты, парочки, одиночки, мамочки с колясками и компании шумных детей. У всех кожа имела слабый персиковый оттенок от красно-оранжевого заката, который заодно красил ряды тонких перистых облаков.

Воздух становился прохладнее, а вечер заряжал всех своей энергией.

Как только Борис преодолел большую часть маршрута, он затылком ощутил, что его сверлит чужой взгляд, обернулся и сразу поймал глазами парочку, которая следовала позади него по практически пустому тротуару. Две тёмные фигуры молодых людей были далеко, он мог разглядеть только их чёрную одежду и обувь. Преследователи наверняка приняли к сведению, что их цель слишком пристально за ними наблюдает. Юноша не стал прибавлять шаг, потому что дуэт, похоже, не спешил его нагнать; они старались поддерживать один темп и расстояние до объекта слежки.

Для проверки своей догадки Борис повернулся ещё раз через несколько метров – незнакомцы подошли ближе. У них было много чего общего: рост и худощавое телосложение, да и тряпки, с виду, носили одинаковые, только лиц не разобрать из-за плотно натянутых капюшонов, которые прикрывали пол-лица.

Голова роилась вариантами о сбросе хвоста. До салона татуировщика оставалось полквартала, поэтому любое действие будет полезнее, чем взвешенный план.

Борис развернулся всем телом, встречая преследователей раскрытой грудью, но хвост испарился, оставив в одиночестве прохожих. Незнакомцы разминулись с юношей после пешеходного перехода на перекрёстке. Парни в чёрном приблизились достаточно близко, чтобы раскрыть себя, и сразу повернули направо, скрывшись за углом здания.

«Паранойя, заходи, присаживайся к остальным; ждём шизофрению и начинаем», – воздержался Борис, чтобы не произнести свои мысли вслух.

Без десяти шесть он стоял напротив потухших трубок, которые складывались в название уже знакомого места: «Тату-салон», открыл дверь и услышал только слабый звон колокольчика, который должен был раскатиться по всему парадному помещению, но в комнате гремели недовольные мужские крики:

– Всё это из-за тебя! Ты плохо кожу обработал!

Здоровяк в красной майке-борцовке и рваных джинсах стоял рядом со стойкой ресепшена и грозил пальцем перед безэмоциональным лицом татуировщика.