Цена упрямства Том 1

Но лишь одно место оставалось тёмным. Синева обтекала его, очерчивая размытый силуэт. Именно оттуда лились кровавые реки. Силуэт мелко подрагивал в такт рыданиям, пытаясь скрыться во мраке, словно за занавесом театральной сцены.

Синее пламя подкралось ближе, словно шаль, укрывая тоненькую фигуру. Та немного успокоилась. Постепенно все звуки полностью стихли, но кровавые капли дождя продолжали сочиться из ран, что покрывали всё тело девушки на небе, словно первые неуверенные мазки краски на новом полотне.

Марина с болью наблюдала эту картину, по её щекам без спроса побежали прозрачные слёзы, смешиваясь с кровью бездны, а может, беззащитной девушки.

Марина вновь перевела взгляд на пантеру. В глазах читалась мольба рассказать, что случилось, кто такое с ней сотворил. Зверь лишь безразлично посмотрел на неё и тут же обратился в огненный шар, что плавно, но быстро полетел к туманной фигуре. Та обняла огонёк и уткнулась в шею уже материализовавшейся пантеры.

Резко на это место вновь опустилась тьма, скрывая за собой всё, что здесь творилось. На этот раз окончательно.

***

Марина судорожно выдохнула и очнулась. Слёзы всё так же бежали по щекам, а перед глазами продолжался кровавый ливень, что не желал исчезать. Вокруг неё ровным кругом расположился островок выжженной земли, а чуть в стороне стоял Альфонс.

Возможно, ещё несколько секунд назад на его лице отображалась растерянность, а может, его взгляд даже не менялся, как у каменного изваяния.

Только вот под ногами можно было увидеть осколки статуи, что неприятно хрустнули и превратились в пыль от единственного уверенного шага демона, который наконец отмер и с неким, почти неуловимым, волнением посмотрел на девушку. Вот он уже набрал воздух, чтобы обронить какие-то глупые слова, не свойственные демонам, но…

— Я… Я лучше пойду, — голос надломился, но девушка не обратила на это внимания.

Она быстро встала, не дожидаясь ответа. Ноги подкосились, из-за чего она чуть не упала, но всё равно поспешно направилась к дверям в особняк, немного пошатываясь.

Альфонс, наблюдая за действиями девочки, становился всё мрачнее и мрачнее. Когда же захлопнулась дверь, он закрыл лицо руками. Воздух потяжелел, а напряжение уже можно было потрогать руками, тут же услышав звон натянувшихся струн.