Корпулентные достоинства, или Знатный переполох

— Более того — я это утверждаю!

— Хорошо, — он развеселился и откинулся на спинку стула, — приведи пример.

А вот тут он меня уел. Я еще слишком плохо ориентировалась в реалиях этого мире, чтобы отвечать на такие подначки. Но неожиданно меня поддержали.

— Императрица София Великая тебе подойдет, как пример? — сухо проговорила маменька.

— Княгиня Анастасия Волошская, которая в войне родов применила родовое заклинание Последнего шанса и тем самым спасла свой род от тотального уничтожения ценой собственной жизни подойдет? — тихо добавила Марья.

— Княгиня Дарья Сергеевна Раевская, твоя мать, которая тебя родила и воспитала таким неблагодарным олухом, подойдет? — не сдержавшись, добавила я.

Чем больше мы говорили, тем меньше Борис веселился, а под конец стушевался, но сдал ли позиции — не знаю.

— Хватит! — раздался суровый окрик отца. — Раскудахтались тут! Евдокия не будет осваивать свою магию, кроме целительской. Точка! Я лично подберу ей учителя. А теперь все свободны! — махнул рукой, показывая, чтобы мы выметались из его кабинета.

Как бы я ни была возмущена и как бы ни хотела высказать все, что кипело в душе, но подчинилась и вышла прочь, как и все остальные, кроме маменьки. Все-таки князь суров, и мне было боязно вступать с ним в открытый конфликт. Еще решит, что и целительская магия мне не нужна — лишит даже этого обучения. Но это не значит, что я отказалась от идеи научиться использовать все возможности моей магии. Просто с князем правильнее не переть буром, а поискать обходные пути.

Я просто уверена, что мне еще представится шанс изменить его мнение о роли женщин в магии и не только. Именно так я себя утешала и подбадривала, сжимая кулаки.

В этот момент со стороны отцовского кабинета послышалось возмущенное:

— Черствый сухарь!

Затем раздался хлопок двери, и мимо нас, возмущенно поджав губы и гордо задрав подбородок, пронеслась маменька.

Н-да… Видимо, попыталась, что-то до него донести. А я еще раз убедилась, что поступила верно, не вступив в конфликт с князем.

Если уж он маменьку слушать не стал, то мне точно мало бы не показалось. Но как же обидно-то. Жуть!

— Дуся… — шепотом позвала меня Марья.

— Что? — буркнула, думая о своем.

— Сейчас платье подожжешь.

— Что?

Я посмотрела сначала на Марью, потом под ее выразительным взглядом на свои кулаки и чуть не закричала в голос — они пылали! Пока не сильно, но напугалась я знатно.

— Фу! Фу! Фу! — пыталась задуть пламя.

Потом потрясла кистями. Бесполезно.