Корпулентные достоинства, или Знатный переполох

Но маменьку так просто не взять. Она очень спокойно допила чай и ответила:

— Я уверена, Поликарп Харитонович, что вы сгущаете краски. Я так же уверена, что у этой девочки большой потенциал, который нужно лишь потрудиться раскрыть. К слову, такой потенциал есть не только у принцессы. И если вы решитесь взглянуть на вещи немного шире, то поймете, что развивать его гораздо полезнее для всех, чем просто закапывать в землю, — она с достоинством встала и вышла из комнаты.

Мы, разумеется, последовали за ней. Как только оказались в малой гостиной, маменька присела и как-то сникла.

Только сейчас я поняла, как ей тяжело враждовать с мужем.

— Маменька, — подошла я к ней и обняла. — Спасибо вам за заботу, но, может, пора уже прекратить эту маленькую войну? Я же вижу, как тяжело она вам дается.

Наблюдая за ними, я не сомневалась, что отец все же любит свою жену и детей, хотя и не умеет этого показать. И наша показная холодность его сильно ранит. Как я сейчас понимала: он не зря не остался в Москве, не смотря на свою занятость, а поехал с семьей в деревню — для него важно быть рядом с женой и детьми.

Да и с маменькой наедине он наверняка был совершенно иным. Не зря же она наедине называет его Карпушей и искренне переживает размолвку. А работал он, и правда, очень много, днями пропадая в своем кабинете и разбирая присылаемые документы. От того, наверное, и был иногда слишком сух и суров со своими домочадцами, но справедлив и всегда готов выслушать. Не знаю уж, чем было вызвано полное безразличие к судьбе Марьи. Чужая душа – потемки. Но откровенно презирать и обвинять в малодушии тоже не могу. Не тот это человек, к которому применимо подобное.

Княгиня вздохнула:

— Знаешь, Дуся. Я ведь тоже была молода, тоже мечтала овладеть своей магией, ведь на Земле так мало тех, кто может использовать это чудо. Сколько раз я пыталась донести это до своих родителей, сколько раз пыталась поговорить об этом с Карпушей… — она снова вздохнула и начала теребить в руках платочек. — Но все бесполезно.

Родители не желали слушать, и муж даже не попытался понять…

Да уж… Я, конечно, с родителями маменьки не знакома — их давно нет на этом свете, но вот отец тот еще… неумный и бесчувственный муд… человек.

— …Но сейчас, глядя на тебя, — продолжила она, — я понимаю, что должна хотя бы попытаться что-то изменить. — Она погладила мою руку, лежавшую на ее плече. — Магия ведь уходит от тех, кто ею не пользуется...

Марья тоже несмело погладила княгиню по руке.