Игрок Грок рок для NPC

**Его принципы — это честь, ответственность и долг перед людьми, которые смотрели на него с надеждой.** Если он отступит сейчас, он разрушит всё, на чём строил свою жизнь. Его уважали как защитника, как столп деревни, и он не мог подвести тех, кто в него верил.

Стоя у стены в предрассветной тишине, Дорн в последний раз обратился к богам. Его молитва была краткой, но пронизанной отчаянием и надеждой, что, возможно, это всё-таки не конец.

— О, боги, защитите наш дом. Дайте мне силы и мудрость. Пусть этот игрок — Грок — никогда не найдёт путь сюда.

Он молился не о победе, а о том, чтобы найти способ предотвратить бой. Его ужасало, что эта молитва могла быть его последней надеждой. Когда он закончил, его сердце слегка успокоилось, но тягучее предчувствие беды всё ещё не отпускало его. Он чувствовал, что что-то надвигается.

И вот, спустя несколько часов, на горизонте появились силуэты людей. Их шаги были медленными и тяжёлыми, как будто они несли с собой не только свои тела, но и целые миры страданий. Внутренний холод пробежал по спине Дорна — он понимал, что это не были обычные беженцы. Эти люди несли с собой что-то мрачное, что-то зловещее. Как будто само зло двигалось вместе с ними. "Неужели бог решил, что я должен встретиться с этим злом? Или это испытание... испытание от самого Сатаны?" — мелькнуло у него в голове.

Когда люди приблизились, Дорн уже не мог больше игнорировать свои предчувствия. Это не были обычные беженцы. Измождённый путники, подойдя ближе, заставили Дорна подал короткий сигнал — резкий свист, который предупредил остальных стражников. Его лицо было напряжённым, и сердце сжалось в груди, когда он увидел фигуру, медленно выступившую вперёд из группы.

И хотя Дорн никогда не видел этого человека, эту ходячую катастрофу... Едва взглянув на фигуру, медленно выступившую вперёд, он понял — это тот самый человек, о котором шептались беженцы.

Это был Грок.

Он двигался медленно и уверенно, его лицо украшала та самая зловещая, бесстрастная улыбка, что заставляла кровь стынуть в жилах. Казалось, что он наслаждается каждым мгновением, как будто предвкушает новый уровень игры.

— Йо, народ! — его голос прорезал воздух, как острие ножа, слишком жизнерадостный, слишком неуместный в этот момент. — Смотрите, что я придумал.