Дракон, демон и другие учебные проблемы

Надо же, молоденькая-молоденькая, а злости как у взрослой. Мы с ней не успели обговорить очередность в выступлении, поэтому сейчас уже было как-то неловко прерывать и заявлять, что я вообще-то в списках первой стояла. Ну вот бывают такие холеричные танцоры, которые вперед батьки в пекло лезут. Девушка даже не обратила внимания на то, что полотенце упало на пол. От подобного натиска визжащий Никита отпрянул в открытую дверь, понадеявшись, что хотя бы вид подъезда уймет разъяренную любовницу. Но не тут-то было — Катерина рычала как животное и пыталась исполосовать ему лицо до неузнаваемости.

Никита извернулся и ударил ее кулаком — исключительно в целях самозащиты. Но боль девицу не остановила, она вновь взревела и кинулась на него. Мой исцарапанный муженек уже отбивался в полную силу, а потом схватил ее за мокрые волосы, чтобы попытаться оттащить от себя. Но Катя толкнула его к перилам. Только теперь мне стало страшно — не за него, конечно. Не то чтобы я эту дуру в свои подруги записала, но все равно жалко.

Она же его сейчас точно с лестницы скинет, а потом полжизни будет срок мотать. Разве этот прохиндей того стоит?

Опомнившись, я подбежала, чтобы их разнять. Но проблема была в том, что они уже цепко схватили друг друга и потеряли всяческий контроль от злости — лупили, драли, царапали и прохватывали. Меня Никита схватил за ворот скорее по ошибке, но как раз в этот момент Катерина смогла удачно пнуть его между ног, а потом и снова по лицу, он потерял равновесие и полетел через перила спиной вниз, не выпуская мою одежду и ее волосы.

Падать нас учили на тренировках, но в данном случае не было ни единой возможности перегруппироваться или хоть как-то повлиять на траекторию полета. Новый дом, в котором мы недавно купили квартиру в ипотеку, как раз нам этим в первую очередь и понравился — очень высокие потолки, и, как следствие, лестничные пролеты. А сейчас мы летели вперед головой прямо на бетон внизу.

Кажется, я даже боли почувствовать не успела. Или же мгновенно о ней забыла, поскольку сжалась от нового визга:

— Она жива, жива! Благородная Элéя прошла испытание! Позовите ей лекаря!

Какое испытание? Какая еще Элея? Мое имя так раньше не извращали.

Я лежала на полу, но вовсе не в знакомом подъезде. Вокруг меня суетились странно разряженные люди, и только одна из них надрывалась, призывая какую-то помощь.

Так, все ясно. Черепно-мозговая травма. Возможно, кома. Значит, я все-таки приземлилась удачнее, чем подумала в последний миг.