Законы Рода. Том 7

Как она запрятала сознание Химеры в темноту и сумела использовать её способности самостоятельно? Как она сделала так, что я сам ничего не почувствовал, пока не попытался коснуться Гри своим сознанием? Как сделать так, чтобы подобное больше никогда не случилось? Очень надеюсь, что мне разрешат покопаться в документах КГМБ, в которых я, возможно, смогу найти хотя бы подсказки..

— Уф… — прислонился я к стене, беря перерыв.

Да уж… Тяжело топать с пузом, в который словно запихнули арбуз.

«Макс… вот зачем ты так объелся?» — ругала меня моя совесть.

«Я ни о чём не жалею», — отвечал я и смело продолжал идти вперёд.

До назначенного времени осталось десять минут. Надо бы поднажать...

Вообще, во мне даже эфир проснулся и устремился к растянутому желудку в попытке помочь мне разобраться с этим недоразумением.

Кое-как доковылял до арены, ощущая, что мой живот всё ещё крайне надут, но уже не столь сильно, как пару минут назад.

— Добрый день… — оглядел меня сотрудник местной арены, что больше выглядела как стадион для каких-то состязаний. — Зритель или участник?

— Участник, — ответил я, ловя на себе многочисленные взгляды подтягивающихся студентов, у которых уже закончились пары.

Пересёкся взглядом с полутораметровой блондинкой.

— Мирослав Краст! — сердито прокричала она и, словно бульдозер, пошла сквозь многочисленных студентов ко мне.

— А, так это вам пришлось выделить седьмую площадку до конца дня? — посмотрел на меня сотрудник арены и достал кипу бумаг. — Расписывайтесь везде. Это за все восемь дуэлей.

— Ага…

Я взялся за ручку и начал черкать согласие на отказ от претензий в случае травм, подтверждение знания правил проведения дуэлей, уведомление об отсутствии запрещённых артефактов и летального оружия и кучу других на каждую из дуэлей.

— Мирослав! Что это такое?! Почему я от Дудищева лишь с утра узнала, что вы с ним собрались биться на арене? Вам так тяжело предупредить меня? И почему я из кабинета подготовки преподавателей узнаю, что, кроме этой дуэли, у вас сегодня будет ещё семь?! Что это за безобразие?

— Не переживайте, не умру. И никого не убью. Максимум сделаю очень больно.