Академия нечисти

— Давай, Иниран, это будет очень забавно, — сказал Янош из-за моей спины.

— Что забавно? — я в ужасе повернулась к нему, но инкуб схватил меня за плечи и снова развернул к принцу.

Иниран с усмешкой поглядывал на всех по очереди:

— Хорошо. Тогда кого назначим героем? Кому отдуваться?

А инкубы смеялись все громче, один из них дружески хлопнул принца по плечу:

— Тебе-тебе! Во-первых, никто из нас такого испытания не выдержит. А во-вторых, она накинулась только на тебя. Будем считать, что она сама тебя и выбрала!

Меня заколотило, а вопли протеста застряли в горле.

Иниран, вообще не обращая на меня внимания, пожал плечами, вскинул обе руки в стороны и закрыл глаза. Зашептал что-то неразборчивое. Среди незнакомых слов удалось разобрать только его и мое имена.

— Что ты делаешь? — я заметалась в панике. — Не надо!

Но он все шептал, а когда закончил, посмотрел на меня — и я застыла. Обмерла, не в силах собрать мысли в единую.

Он не просто красив — он отличается ото всех прочих. Форма носа, темные волосы, небрежными прядями падающие на лоб, разрез глаз не имеют значения, когда речь идет о настоящей красоте.

Иниран красив. Даже злой усмешкой, которая важнее доброй улыбки любого другого. Иной, даже в самых некрасивых своих поступках, которые делают его значимее любого другого человека. Он красив даже тем, как вскидывает голову, как смотрит. Его глаза синие, темные, в таких вязнешь без остатка, забываешь, кем ты был до того. И его вопрос «А можно это буду я?». Пробрало морозом, когда я вспомнила свой отрицательный ответ.

Можно это будет он? Всегда он… Духи, сделайте так, чтобы всегда был только он. Кажется, я уже через секунду осознала, что произошло. Красивое лицо передо мной оставалось таким же красивым, но теперь я не хотела этому сопротивляться. Симпатия… нет, что-то глубже, чем симпатия, сильнее, чем недавнее внушение инкубов или страсть. Хотелось не страстной ночи в его объятиях — это было бы слишком просто, а больше, важнее — ощущения, чтобы он был в моей жизни. Любой, даже такой ухмыляющийся с неприкрытой издевкой и произносящий чудовищные вещи:

— Приворотное заклинание.

Сниму через пару дней, если не выпросишь еще чего-нибудь. Наказание должно быть жестоким — получай.

Как будто пощечина. От самого важного человека на свете. Осознав всю ситуацию, я вылетела из комнаты. Потому что сама себя испугалась: еще мгновение, и я начала бы просить — о чем угодно, лишь бы продлить эту встречу хоть на минуту. Меня догнал Янош на выходе из корпуса.