Его огонь горит для меня. Том 2

Приходилось учитывать, есть ли кому ребёнка забрать, потому что болезнь валила с ног целые семьи, и не было никакого смысла отдавать ребёнка туда, где позаботиться о нём совершенно некому.

Как бы жестоко это ни звучало, в сонной лихорадке имелись свои плюсы. Дети спали. Не знаю, смогли бы мы выдержать сотни бодрствующих болеющих детей, временно оставшихся без родителей. Да и признаки выздоровления оказались вполне однозначными: если проснулся, то выживет уже и без помощи лекарей.

Я нашла Каса, только чтобы отправить его в постель — у мальчишки поднялась температура, и он машинально потирал слипающиеся веки.

Хоть и маг, но ещё ребёнок, следующие три дня он метался в лихорадке. Син не вмешивался, сказал, что организм поборет болезнь самостоятельно. Я с трудом отрывала себя от его постели — о моём маленьком храбром защитнике некому было позаботиться по-настоящему.

Эти три дня выдались ещё более тяжёлыми. К счастью, к нам начали приходить матери, уже поборовшие болезнь. Да и подкрепление из Магистрата стало настоящим спасением.

Большинство студентов-лекарей почти сразу слегло с температурой, но магически одарённым подросткам не требовалась помощь целителей, что сильно упрощало дело. Только коек не хватало, поэтому самых старших клали на матрасы прямо на пол. Повезло, что многие продержались несколько дней, прежде чем заболеть. Это дало возможность выздороветь другим.

Кас очнулся на третий день, вялый, но почти здоровый, и мне повезло быть рядом с ним в этот момент. Я обрадовалась, обняла своего воспитанника и рассказала новости.

Благодаря общим огромным усилиям мы пока не потеряли ни одного малыша. Хаш зачаровал одну из комнат под ледяной холодильник. Пока он был пуст. В самые тяжёлые моменты, когда сил уже совсем не оставалось, я шла к той комнате и стояла, глядя на голые столы этого импровизированного морга. Эта пустота придавала сил не только мне. Иногда встречала там того или иного мага, но чаще всего — Янину.

После того как Кассиль очнулся, меня снова потянуло туда, и я не удивилась, увидев на входе хрупкую фигурку, привалившуюся плечом к косяку.

— Пусто?

Янина медленно, устало обернулась и вымученно улыбнулась.

— Пусто, Алина, — ответила она.

Мы немного помолчали, собираясь с силами для очередного раунда борьбы с болезнью.

— Даже не верится. Знаешь, я хочу сказать тебе спасибо. Тогда у костра я подумала, что ты беспринципная гадина. Почти возненавидела за то, что ты не дала мне погрузиться в горе.