Похоже, я доигрался. Том Первый

Уяснили?

Только лишь свет факелов окропил края содержимого сокровищницы, как тут же мои глаза зацепились за голову трупа и поползли на лоб от удивления и радости. Странная угловатая маска заменяла собою лицо мужчины и в точности повторяла все острые черты, будто оберегая от старости и иссушения временем. Далее взгляд скользнул и на остальное тело, но ничего, кроме сложенных на груди тряпок, не нашёл. Можно сказать, что всё содержимое гроба – мумифицированный мужчина да маска из тёмно-синего камня.

— Да-а-а-а-а! – я замахал руками и издал победоносный клич. - Легендарный артефакт!

Даже и мысли не возникало, что это просто украшение для похорон. Во-первых, маска действительно выглядела странно. Словно собранная из множества других тёмных камней, она, тем не менее, очень точно повторяла все контуры лица носителя. Безусловно, уникальное изделие только лишь подстёгивало мозг на размышления о природе создателя: был ли тот кузнецом, был ли Мастером с возлюбленной Маргаритой или же вовсе скульптором, что может ваять из света и огранить отдельный камень в подобный единый шедевр? В любом случае, каких-либо соединителей между камнями - если это действительно отдельные камни, а не цельный кусок - я не увидел.

Во-вторых, ну вы в своём уме? Легендарное подземелье с едва не самым сложным боссом в моей жизни обязано содержать легендарный предмет! Категорически отказываюсь верить в обратное. Ну и в-третьих, даже если и украшение, то весьма дорогое – продам да разбогатею.

Наверное…

Что ж, думаю, хватит тянуть кошачьих за все места и откладывать момент приобретения мощи. Интересно, что меня ждёт? Быть может, как только маска обустроится на лице, я заполучу силу высших вампиров? Или смогу снять ограничители с тела и двигаться на запредельных скоростях даже с четырьмя единичками Ловкости?

Ладно, довольно слов! Явим же миру могущество тандема истинного зла и легендарной маски!

С лицом имбецильной картошки я потянул руку и аккуратно стянул артефакт с лица покойника, едва не попав под струю разжигающего плоть пара.

Выжав из характеристик всю возможную скорость реакции, глазам удалось уловить прекрасное - а через секунду уже иссохшее - вполне живое лицо юноши. Только спустя тридцать секунд ступора и скрежета шестерёнок в голове пришло понимание, что маска и впрямь повторяла нетронутое временем лицо человека.