Книга пятая. Завистливое смирение

Повороты, бесчисленные двери, за некоторыми из которых я находил новые коридоры. И бежал, бежал и бежал. Оно было за моей спиной, оно было недалеко. Уверенность, что оно преследует, была всеобъемлющей настолько, что, скрываясь бегством, я не чувствовал надежды. Сам бег был единственно возможным процессом, позволяющим ему меня не настигнуть.

Только всему подходит конец. Дёрнув очередную дверь, я смог пробежать лишь с десяток шагов, а затем упёрся носом в выросшую на моем пути стену. Гладкую, белую, сплошную. Попытка обернуться провалилась, меня крепко и плотно обняли сзади, впечатываясь двумя большими упругими сиськами прямо в спину.

Это не обрадовало, а наоборот, повергло в ужас. Я прекрасно знал, что эти выдающиеся причиндалы покрыты шерстью. Короткой, очень гладкой, коричневой шерстью…

А затем моего уха коснулось что-то гладкое и твердое…

– ААА!!!

Пулей вылетев из кровати, я поскользнулся на тапке, вписался лбом в косяк, от чего полностью проснулся. С наслаждением ощущая боль в черепной коробке, замер, обнимая ладонями своего спасителя.

– Мааач? – подняла сонную голову с подушки Тами, – Ты чего?

– Да ничего. Сон плохой приснился, – честно признался я, с облегчением понимая, что орал от ужаса, всё-таки, во сне, а не наяву.

– Это что ж такого должно было присниться? – глаз определенно выспавшейся, но не думающей отрывать голову от подушки гномки блеснул любопытством.

– Ну…, – решил я пооткровенничать, заодно используя технику, при которой проговариваемый вслух кошмар прекращает им быть, – Мне приснилось, что Матильда укусила Виталика, и тот превратился в здоровую сисястую звероженщину, жаждущую заняться со мной любовью.

Вот от неё я и бегал.

– П-поймала? – выдавила из себя начинающая ухахатываться гномка.

– Да! Но я успел проснуться!

Ржание копейщицы послужило хорошим будильником для подъема всего отряда. Хотя может быть, сработал и протестующий совместный визг Матильды и моего утконоса, которых развеселившаяся гномка пыталась заставить покусать друг друга.

Я не разбирался, а пил кофе, унимая дрожь в руках и морально готовясь к отплытию с Агабахабары.

Сам квадрат мы покидать не собирались, всего лишь столичный остров, оказавшийся не самым гостеприимным местом для богатых путешественников, оказавшихся слишком удачливыми. Наша фортуна была в найме Артхуула – мужик оказался очень большим авторитетом и умницей, шугая от нашего отряда всякую мелочь и предостерегая от злачных мест, где можно было попасть на деньги.