Карма

Гул и громкие возгласы играющих подростков стихли, они вернулись к игре, но напряженное молчание повисло в воздухе, нарушаемое только гулом системных блоков. Бегло окинув взглядом аудиторию вспоминаю недобрым словом Дарью, которая к тому моменту уже цокала каблучками по кафельной лестнице, ведущей в клуб, потому что как минимум трое человек были одеты в описанную ей одежду Кривоногова.

То ли это пирог так подействовал на куклу Дашу, то ли выпитая ею большая кружка кофе, но от прежней застенчивой девочки не осталось и следа.

Голос, по-прежнему детский, но звучащий твердо и уверенно, в дополнение к недоумевающему, обращенному на меня, требовательному взгляду, деловито интересуется чего это я стою как в копаный и замечая подростков, одетых в сходную одежду, снисходительно снимет свой вопрос.

– Ну что, двоечники, опять прогуливаем учебу? Давно на комиссии не были? – проходя по залу обращается к заметно погрустневшей малолетней братии Дарья.

– Дарья Александровна, да че вы? Не было последних уроков.

 – Бормочет кто-то из детей.

– Завтра разберемся, я всех сидящих здесь запомнила. Кривоногов, вставай пошли!

– Куда это? – Раздается голос из угла, явно нерадостный от внимания инспектора.

– В отдел пошли. Или мне тебя за уши при всех вытащить? Я могу, ты же знаешь.

– Да иду я… – С тяжелым вздохом произносит Кривоногов, поднимаясь со стула.

– И не вздумай бежать.

– Да куда от вас убежишь?

Сказать, что я был озадачен, это ничего не сказать. Спускаясь по лестнице, я готовил себя к словесным перепалкам с малолетками, завуалированными оскорблениями и насмешкам, а тут, как выяснилось, благодаря силам доблестного ОДН, наши позиции оказались не так шатки.

Раз в задержании злодея участия принять мне не удалось, свою лепту в раскрытие преступления я планировал внести во время проведения дознания, задействовав весь свой опыт работы с задержанными, но и здесь Даша проявила себя в высшей степени профессионально.

Заходя в свой кабинет отделения по делам несовершеннолетних Даша вальяжно бросила сумку на стул, жестом указала Кривоногову куда ему нужно присесть, включила чайник и совершенно не обращая никакого внимания на меня начала разговор:

– Ну что, Алеша, в ЦВИМП (центр временной изоляции малолетних правонарушителей) собрался говорят? – голос ее был спокоен, слова она произносила размеренно.

Казалось, для полной картины ей не хватало сигареты в зубах и фразы «я слишком стар для этого дерьма».