Книга первая. Ленивое мужество

Ощущение времени здесь под землей ускользало, определить, сколько ушло времени за беготней в чаде и угаре, карая местных мамочек с колясками, не получалось.

Сколь наивен я был в тот момент, полагая, что дорога домой сама стелется под ноги героям, одолевшим босса!

Единственным успехом, которого я смог добиться быстро и решительно, стал подъем на верхний уровень гоблинских пещер, к родным и знакомым зеленым рожам визжащих и гримасничающих карликов. А дальше пошли долгие блуждания, совмещенные как с побегами от крупных скоплений неприятеля, так и погонями за скоплениями малыми.

Это длилось, длилось и длилось. Я плутал в пещерах, выбирая себе узкие расщелины, где можно выспаться, питался безвкусными грибами, вычислял стоянки племени, научившись ориентироваться по далеко разносящимся гоблинским звукам, чтобы отыскать родник и напиться…

Вскоре у меня закончилось место в инвентаре, а затем – и последнее психическое здоровье. Заходя сюда, весь такой бронированный, нарядный и с большим мечом, я планировал вылазку не более чем на пять-шесть часов, получив в итоге какую-то лютую дичь, где время и координаты в пространстве стали относительными и неопределимыми.

Верх, низ, право, лево… это же пещеры, тут мох растет не на севере, а везде!

Рывок вперед, тычок мечом, «Разящий удар». Два гоблина на счету, остальные удирают, стоящие подальше швыряются камнями, от которых я защищаюсь щитом. Нужно двигаться, так как встревоженные вопли уродцев привлекают их товарищей.

В какой-то момент меня загнали в тупиковую пещеру, заставив пойти на прорыв.

Мой приём «По зову сердца», выполненный прямо в верещащую зеленую массу, принес целую кучу опыта, что в итоге породило еще одну охотничью тактику «бульдозера в детском саду». Она меня выручала еще несколько раз, пока…

…каким-то осколком измождённого рассудка я не осознал, что вокруг очень мало зеленых гадов. Так мало, как это было лишь в начале этого подземелья. Открыв миникарту, я тупо смотрел на нее несколько минут, пока не понял, что выбрался.

Почти выбрался. Стоило пройти еще каких-то сто-двести метров, чтобы увидеть солнечный свет.

Он был прекрасен. Свежий морской воздух, холодный и резкий, дал мне под дых, заставив остановиться и закашляться. Солнце резало глаза, привыкшие к полутьме, факелам, красноватому свечению магмы и зеленоватому от росшего в подземельях мха. Я судорожно вздохнул, отрываясь от стенки пещеры, к которой стоял до этого прислонившись, а затем начал медленно спускаться к деревне.