Книга первая. Ленивое мужество

Мы, стражи порядка, может владеть мечами, дубинами, алебардами, копьями, цепями, сетями, осадными машинами, луками, арбалетами, баллистами, пистолями, ружьями, снарядами, гранатами… а вот магией никакой воспользоваться не можем!

Я глянул налившимися кровью глазами в лицо этому подлому гаду, закономерно увидев полную нескрываемого ехидства физиомордию, получающую просто невероятное наслаждение за глумление над заслуженным бездомным Героем. Осама не выдержал и, согнувшись в три погибели да опершись на копье, заржал в голосину, с подвыванием.

Вот скоты.

– Ан-но… – послышалось за нашими спинами. Я, как единственный слегка адекватный из присутствующих, сделал разворот на 180 градусов, чтобы посмотреть на издавшего звук. Издавшую.

Девушка в простом белом платье тут же взвизгнула, затем подпрыгнула, поджав под себя ноги, а затем резко сделала несколько шагов назад. Широких таких. Не сводя с меня огромных перепуганных глаз. За ее спиной в паре десятков метров переминались с ноги на ногу около двух десятков аналогично одетых девчонок, все как одна рассматривающих меня как самое главное зло в их непростой жизни.

Парочка хмурилась, еще у пятерых на лице было выражение, как будто я их любимого козленка жестоко мучил фистингом насухо, остальные были просто перепуганы.

– Э… – по-умному ответил я, вертя головой. Столько женского внимания… смущало.

– Простите, Герой-сама! – тут же резко поклонилась «парламентерша», – Извините пожалуйста! Мы бы очень хотели пройти в город! Простите! Простите!

– Ээ… – еще умнее зазвучал я, широким жестом демонстрируя раскрытые врата, через которые спокойно бы прошел американский «абрамс».

– Мы вас боимся! Простите пожалуйста! Отойдите, пожалуйста! Очень просим!

Пришлось отойти почти на тридцать метров, чтобы эти… девственницы решили, что они в безопасности. Потом был шикарный забег девчонок до ворот – неслись как оглашенные, бодро перебирая пятками и постоянно оглядываясь на меня. Эк как достижение действует… хорошо. Пока по городу ходил и на базаре приценивался, понял, что трясти от меня девчонок начинает лет от 13-ти и до… потери девственности, вроде бы.

Детишкам было чхать с высокой колокольни, что меня, конечно же, радовало.

Возвращался я аккуратно, лелея страстное желание попробовать вытрясти из этих ржунов полезный совет вроде того, каким одарил меня вчера дед Куджо, но моя задумка провалилась – прямо возле ворот на меня накинулась дородная, смешливая и слегка знакомая женщина, жена подвезшего меня крестьянина Ичиро.