Книга первая. Ленивое мужество

Второй отсутствовал по причине совсем не благородного характера. Ладно бы, выпил лишнего или чего такого, так нет же, у него рожала жена!

Ну, что же. Старик мне сильно помог, так что я вполне себя чувствую должным. Легонько коснувшись мимопроходящей бабули, я назначил её «дамой», а сам, после соответствующих трансформаций, пошёл к Куджо предлагать свою безвозмездную помощь. Бабуся же, натурально окрыленная сбросом половины прожитых лет, во все свои оставшиеся девяносто восемь полетела дальше по дороге, охая и щупая себя в разных местах.

Гм, значит зачтем акт альтруизма в двойном размере. Помощь пенсионерам и всё такое.

Дед высоко оценил мою великодушную безвозмездность, сделав меня гордым обладателем знаний о «продвинутой» живности в соседних лесах, на которую охотятся мощные и высокоуровневые ребята вроде вчерашнего баронета. В дополнение к этому он хотел подкинуть собственный навык «столяра», от чего я, скрипя сердцем, отказался. Очков свободных было еще много, но кто сказал, что их таки бесконечность? А мы, Герои, гвозди не забиваем, максимум меч сковать мифрильный, закалив его в жопе дракона или какой еще эпической фигне.

В общем, расстались с дедом почти друзьями – он облаял меня придурком за отказ учиться такому полезному мастерству, я его тоже поматерил ласково, добавляя тонуса в мышцы и огня в глаза, на чем и разошлись к всеобщему удовольствию.

А потом меня, как настоящего Героя, призвали.

– Тебя хочет видеть старшая жрица Хао храма верховной богини Датарис, Герой-сама! – выдала мне очевидно нестаршая жрица с строгим миловидным лицом и скорбно поджатыми губами.

Посмотрев на меня взыскующе и просветленно, эта сорокалетняя дама добавила, – Немедленно, пожалуйста. Я провожу.

Никогда не мог устоять перед «пожалуйста». Шутка.

Разумеется, меня обманули.

В приземистом небольшом храме с полукруглой крышей надругались не только над моей доверчивостью, но еще и над законами природы, физики, химии и здравого смысла – внутри он был раз эдак в двадцать больше, чем снаружи.

Там же, около алтаря в виде снежно-белого параллепипеда, в окружении полусотни девушек и женщин в белом стояла высоченная сухопарая мадама, у которой на всем лице было написано, что я – последнее, что она хотела бы видеть в этой жизни. А вот за её спиной чуть покачивался в воздухе большой овал мягкого солнечного света.

Я насторожился. Сюрпризы… они как внезапное анальное зондирование – строго на любителя.