Книга первая. Ленивое мужество

Всё оказалось предельно просто – пока я валялся на кровати без сознания в аптеке, куда меня принес дед Куджо и его помощник, храм Датарис плевался во все стороны своими обитательницами, разносящими обо мне слово божье. И слово это было исключительно нецензурным. А так как храм большой, почти, можно сказать, центральный, в то время как город маленький, ситуация складывалась довольно грустная. Мало того, что местное жречество в очень большом авторитете (за счет громогласных утверждений, что именно по милости Датарис местные живут так хорошо и мирно), так и большинство послушниц из здешних мест, все между собой знакомы и повязаны родством!

В общем, я стал персоной настолько нон грата, что выбираться нужно срочно и закоулками.

– Иди по дороге на деревню Урброу, – наставлял тем временем меня старый слесарь, – часиков через шесть там развилка будет, повернешь направо. Еще где-то час по дорожке протопаешь, она там широкая, увидишь домик, а рядом с ним – большой каменный круг в земле. Там маг живет, заведует порталами.

Попросишь его перекинуть тебя в страну Зандрон. Героев они переправляют бесплатно. Зандронцы в пику куратанцам поклоняются всем богам одинаково, даже храмы сразу всем одновременно посвящают, там сможешь жить спокойно.

– Спасибо тебе, дед! – я с чувством пожал мозолистую длань порядочного человека, спасающего меня от гнева богини-девственницы. Скорее всего, даже заслуженной девственницы в третьем поколении.

Моё аккуратное бегство из города, оказавшегося рассадником фанатиков, шло гладко и тихо ровно до момента, пока я не попытался выйти из комнаты.

Выбросившаяся в прыжке из-за кровати тощая девчонка вцепилась мне в ноги, громогласно заявив:

– Бери меня замуж, иначе закричу!

– Что ты ко мне привязалась! – зашипел я, дергая ногой и мотыляя алкоголичкой по полу.

– Жить без тебя не могу! – нагло заявила та, задрав голову, – Бери – или умрем вместе!

– Да щас! – принялся я дергать ногой, но воплощение всей плоскогрудости этого мира даже не думало отцепляться. Хватка у девицы оказалась бульдожьей.

Но, у меня было отличное средство как раз против этого!

«Назначить даму» – и источник неприятностей с восторженным хрюканьем и сиянием отлипает, переживая короткий, но чувствительный экстаз, а заодно разжимая лапы. Свою долю счастья я уже привычно отсекаю в сознании, заодно и злорадно делая отмену дамы сердца. Задушенный вопль брошенной за три секунды до оргазма библиотекарши ласкал мой слух, пока я со всех ног драпал к двери аптеки.