Книга первая. Ленивое мужество

Никогда не был теряющим берега бабником, да и волочиться за юбками желанием горел только совсем уж в юности. В общем, если подытоживать, то моральные принципы у меня были, но новые, в целлофане, ни разу не использованные, эффективно заменяемые ленью. С возрастом в моей первой жизни влечение к прекрасному полу не то чтобы слабело, просто жизненного опыта уже хватало очень красочно представить себе объём геморроя, сопровождающего желанную нимфу или дриаду. Чем больше лет, тем больше геммороя…

Ух, как вспомнил, так и полегчало.

С глаз как будто спала пелена, да и с ушей тоже. О чем там лепечет эта бомбочка?

А. Госпожа Шлиппенхофф жаловалась, что должна была попасть в какой-то Туттер, но странно ведущий себя маг-телепортатор все никак не мог сосредоточиться на заклинании, постоянно сбивался, потом даже бил себя по лицу… и, видимо, что-то напутал. После чего девушке пришлось соревноваться в долгом беге с волками, из-за чего она чудом выжила, устроив (как стыдно!) жуткий стриптиз посреди деревушки.

И жрице пресветлой Датарис крайне неловко просить, но не соблаговолит ли добрый юноша подсказать ей, где здесь живут монстры четвертого-седьмого уровней, чтобы Матильда могла заработать на телепортацию из этого… места?

Пришлось её уверить в том, что попала красотка в очень плохое для авантюристов её уровня место, где самый слабый монстр – это грибной гоблин 18-го уровня. Пока уверял, поймал себя на том, что мысленно облизываюсь.

Я и нежная наивная уязвимая цыпочка, наедине, на много сотен километров вокруг нет ни одной живой души, что могут помочь ей деньгами на телепортацию…

Это явно начало очень короткой, но чрезвычайно плодотворной дружбы!

…нет.

Нет!

Прочь, искушение!

Никогда не был подонком, и в этом мире им не буду!

Чем дальше я отодвигал соблазн, тем сильнее злился на себя. Е-мое, обычная девчушка, случайно показавшая свои стати, а я как сволочь рад тому, что ей теперь некуда деваться.

Что, совсем на голову больной стал? Поверил в собственную вседозволенность?

– Идём, – прокаркал я, вставая и протягивая Матильде свою руку, – Идём-идём.

– К-куда?

– Назад. Волков, что за тобой бежали, убили. Я оплачу тебе переход.

Мы быстрым шагом миновали ворота со стражей, зашагав по тропе к телепортатору. С каждой благодарностью семенящей за мной девушки на душе становилось все паршивее и паршивее.