Препод 5

— Десять декад, — прошептала женщина еле слышно, — мало, но хоть что-то. Кто ещё в курсе? — требовательно посмотрела она на меня.

— Я и ты, но надо как-то предупредить и другие страны. Пострадают-то все. Но это всё равно меньшая из бед. Центральные области — за них начнётся война. Всех со всеми, рано или поздно. Даже если поначалу создадутся коалиции. Слишком жирный кусок, слишком много артефактов, которые попадут не в те руки. Вернее, в принципе, в руки. Те или не те, не важно.

— Ну, и задачку ты задал, Вольдемар, — покачав головой, Селестина по ступеням поднялась из бассейна и, замотавшись в полотенце, буркнула, — пойдём, разговор слишком серьёзный, чтобы говорить здесь.

— Свадьба отменяется? — поинтересовался я, ощущая какую-то отстранённость, появившуюся в голосе и поведении женщины.

Но та только фыркнула, а затем произнесла:

— Нет, дорогой, наоборот, теперь ты точно станешь моим мужем. Вокруг тебя столько всего происходит, что лучше узнавать об этом первой. Чтобы хоть как-то успеть подготовиться.

***

— Вот поэтому мне будут нужны все паладины, — продолжил я, — первыми на освободившиеся земли рванут маги, будет кому их остановить.

Мы сидели в большом отделанном деревом кабинете. Переодевшись и успев перекусить заботливо принесённым в кабинет ужином.

— Почему ты считаешь, что это будут не армии, а одиночки?

— Потому что государства сначала попробуют решить вопрос дипломатически. Понятно, что ни о чём они не договорятся, но некоторое время до начала полномасштабных боевых действий будет.

— Когда они начнутся, никакие паладины тебе уже не помогут.

— Тоже верно, — согласился я, покивав, — поэтому второй моей задачей будет их не допустить.

— И как ты это себе представляешь?

— Объединив магов всех стран.

Селестина дёрнулась, чуть изумлённо взглянула, затем покачала головой:

— Тебя убьют даже за одни слова о подобном. Никому не нужна очередная магическая диктатура. После тысячи лет никто не захочет к ней возвращаться и отдавать кому-то власть.

— Не будет диктатуры, — убеждённо произнёс я, — когда все маги, независимо от личной силы, будут равны и будут иметь равные права, и на равных участвовать в принятии решений.

— Вольдемар, ты бредишь, — женщина смотрела на меня со смесью удивления и жалости, — магов тысячи, как ты учтёшь все их требования? Да и все хотят разного, ты не сможешь угодить каждому.

— А и не нужно угождать, всё можно делать путём голосования, один маг — один голос. Не важно, магистр он или выпускник академии.