О бедном зельеваре замолвите слово.

Или помереть на месте от какого-нибудь проклятия – мало ли что оставил дядя. Чем больше размышляю о дяде, тем больше у меня к нему вопросов, вот только задать некому. А староста… Этот вообще при видя меня хмурит брови, делает угрюмое лицо и такой вид, что страшно и подойти. Особенно когда у него в руках то лопата, то оглобля, то пень… И на все мои «а вы можете сказать…», один ответ «я ничего не знаю». Прям тайны дворца, ей боги. А ещё ему явно не нравился факт того, что я ещё здесь и даже обустраиваюсь. Надеюсь не огреет лопатой тёмной ночью в тёмном безлюдном переулке.

Олд закрыл за собой трактир и заодно меня: теперь даже если захочу, придётся лезть через окно. Оставшись один, сходил на кухню, где меня ожидал мой поздний ужин в закрытой тарелке и кружка пива. Последнее кстати было вполне приличным на вкус, пусть я и не любитель такого.

В комнате открыл окно пошире, доставая из мешка – трактирщик отдал – кость с кладбища. Расположив на столе, капнул на неё приготовленным ранее раствором, на который потратил четыре часа жизни и тритона пойманного с помощью Ульяха.

Чёрная капля расползлась по белой кости. Собралась снова в каплю, после чего от неё потянулись тонкие нити, опутывая кость. Прощупала отпечатки зубов, окрасив их в тёмно-зелёный цвет после себя, как и мелкие царапины. Вернулась в изначальное положение зашипев, источая приторно-сладкий запах.

Не хорошо.

Облил кость водой из кружки, припасённой как раз для такого случая, залив заодно и стол и пол. Вместе с водой растеклась и чёрная капля, растворившись: там, где она окрасила зелёным, помимо отпечатков проступил след от ауры.

Слабый, человеческий и тёмный. Такой, какой бывает у некромантов. Да и кость оказалась отнюдь не животного происхождения.

- Если я там покопаю, может ещё какие тайны раскопаю?

Запустив пальцы в волосы, постоял так несколько минут ни о чём не думая: внутри черепушки сознание орало об опасности. О такой, какая мне и не снилась. О том, что я куда-то умудрился вляпаться – с моим-то везением даже немудрено.

И упыри дело рук некроманта. Он не знал, что в Топольки заявится зельевар, заявится в ненужный момент и умудрится здесь застрять. И ему попался я. Я от себя тоже не в восторге: один на один он меня просто размажет по земле или это сделают его подручные. Трепыхаться я буду, но не долго. Всегда, конечно, есть вариант побега, но мне стало слишком интересно – все мы не без грехов.

Уборка была тем действием, которое помогает перенаправить мыслительный процесс.