"Соттель", школа для одаренных

— Отторжение вашей “диагностики” возникло как раз из-за наложенного на господина Дария заклинания сокрытия. Это побочный эффект, если это можно так назвать: сокрытие не только от диагностики, способной выявить отпечаток искомого некроритуала, но и невозможность проведения лечебной проверки организма. Туда же можно отнести и опустошение резерва, которое происходит постоянно, пока заклинание не истончится, независимо от того, использует ли ваш сын дар или нет. Тогда объяснимо и такое стремительное течение болезни, которая, полагаю, является обычной простудой.

В другой ситуации Дарий отделался бы легким недомоганием, но его источник постоянно опустошается, что делает сопротивляемость организма к недугу слабее. Странно, что этого не случилось раньше, ведь заклинание сокрытия было применено не вчера, а как минимум несколько месяцев назад.

— Я давала ему восстановитель магии... — подала дрожащий голос дочь.

Она выглядела так жалко, что сразу захотелось заключить ее в объятья и успокоить. Но я не могла позволить себе подобное, потому что Вирия должна была понять, к чему в итоге привели ее с братом действия, а также их общие беспечность, недальновидность и глупость.

— Я попрошу Стеллу назначить тебе индивидуальный зачет по алхимии за первый курс, Вира! — отозвалась я строго и сухо. — Ведь при изучении эликсира восстановления магии вас должны были предупредить, что его постоянный прием со временем приносит больше вреда, чем пользы.

Магия не может долго возобновляться искусственно, особенно у юных одаренных с нестабильным источником. Дарий мог выгореть, ты это понимаешь?

— Мама, я так виновата! — всхлипнула дочь. Я все же пересела к ней и осторожно прижала мою крошку к себе. — Это я нашла то заклинание сокрытия в одной из родовых книг и предложила использовать Дару, чтобы наставница Тод не нашла у него отголосков ритуала призыва.

Это ведь ты попросила ее сделать это, да?

— Попросила, — честно сообщила я, наблюдая, как Ильяш вливает в сына лечебную силу, убирая его лихорадку. Постепенно щеки Дария розовели, дыхание выравнивалось, а кашель стихал. Змеелюд делал вид, что не слышит наших с дочерью разговоров, а я знала, что наставник Шушур оставит всю информацию, полученную в этих стенах, при себе.