Безликие

– Ага, помнят моих вампиров! Да плевал я на их угрозы. Обязательно все расскажу товарищам-кровососам. Пусть вампирчики разомнутся, заодно и тварей этих поменьше будет, а то ишь как расплодились! Они еще горько пожалеют о своем вероломстве... Никто не имеет права безнаказанно пугать людей Бубла!

– Конечно, конечно, – поддакивал Мах, наполняя свою миску аппетитными, истекающими горячим ароматным соком кусками мяса, рыбы и птицы. – Вампиры им покажут!.. Только послушай дружеского совета, затаись на две-три недели, выжди время.

Сейчас они ждут от тебя чего-то такого и потому держат ушки на макушке. А ты подожди немного, пусть они уверятся, что ты испугался и мстить раздумал. Они расслабятся, и однажды ночью...

– Точно, так я и сделаю... Вампиры им такую резню устроят!

– Жаль только, мы этого не увидим, – тяжко, с надрывом вздохнул Савокл.

Бубл, Мах и Савокл сидели за столом в доме управляющего и шумно праздновали избавление от оборотней. Правда Савокл – вот ведь невезуха! – выходя из бани, поскользнулся и очень неудачно упал, до беспамятства приложившись затылком о дверной косяк, так что протокольную часть ему пришлось пропустить.

Но Мах и Бубл, возвратясь с переговоров уверили принца, что он, оставшись дома, ровным счетом ничего не потерял. По их словам, там все было нудно, тоскливо и даже противно; Бубл весь иззевался, а Мах исплевался. В итоге Савокл перестал дуться и с головой окунулся в веселую гулянку.

– А вы оставайтесь, – пьяно икнув, предложил Бубл.

– Да мы бы с радостью, – сказал Мах.

– Хорошо тут у тебя – коровки, курочки... Но, сам понимаешь, дел невпроворот.

– Сэр Мах прав, – энергично покивал принц. – Загостились мы у тебя, а меня наверняка уже во дворце хватились. Уже дня три, как ни слуху от меня, ни духу. Представляю, какая там сейчас суматоха. Отец мой тяжело болен, и всякие там важные указы подписывать, кроме меня, некому. Да и у сэра Маха срочное дело: он отца разыскивает...

Савокл потянулся было за очередным кусочком жареной рыбки, но, не достигнув цели, рухнул на стол и громко захрапел.

– Ну наконец-то, – с облегчением выдохнул Мах, причем голос у него был, как у трезвого. – Бубл, что это у тебя за зелье такое слабое? Ведь битых полтора часа уже прошло.

– Ничего не знаю, – оскорбился Бубл, тоже мгновенно протрезвевший. – Между прочим, его изготовил ваш батюшка для своих личных нужд. Ну, а я, когда из замка уходил, прихватил на всякий случай. Так что ваш упрек, господин Мах, не по адресу.