Безликие

Он по-прежнему оставался жив, здоров и невредим, а это ли не самое главное!

Глава 23

Глава 23

– Палуч, что такое?! Ты на чьей стороне?! – возмутился Клот, после того как, разгадав маневр изворотливого супостата, обрушил свой меч на неприкрытую голову Маха. Но тут вокруг молодого рыцаря вдруг возникла желтоватая полусфера, от которой меч Клота отскочил, как от каменной стены. – Зачем эти фокусы? Ведь он уже был мой. Еще бы мгновенье, и этот молокосос...

На это граф спокойно возразил:

– Во-первых, мы сперва собирались пораспросить его кое о чем.

А после твоего меча ему... гм... отвечать было бы весьма и весьма затруднительно. Разумеется, и мертвеца можно оживить на полчасика, но ты ведь ему и челюсть бы разрубил, какие уж после этого разговоры... Во-вторых, достал бы ты его своим мечом или нет – еще неизвестно: ведь не поставь я над ним купол, он бы тебе секундой раньше сердце проколол. Не веришь мне, спроси у Силики.

– Да, Клот, – подтвердил толстый рыцарь. – Со стороны нам прекрасно было все видно.

Ты слишком увлекся атакой, и парнишка едва этим не воспользовался... Кто бы ни был этот Мах, но рубака он, признаю, превосходный... Эй, мальчик, где тебя научили так мечом вертеть?

Мах и не подумал отвечать. Обзывая рыцарей трусами и еще по-всякому, он отчаянно колотил кулаками и ногами по накрывшему его куполу, хоть и полупрозрачному, но твердому, как алмаз.

– Эй, толстомордый, ты вроде бы грозился пристукнуть меня одной левой, а как до дела дошло, за чужой задницей спрятался! А ты, бугай, выходит, без колдовства ни на что и не способен? Какие же вы рыцари, если понятия не имеете о чести, достоинстве и справедливости?! Но в одном вы правы – зря я сюда пришел! У барона Верда с такими, как вы, подлецами не может быть ничего общего!

– А при чем здесь барон Верд? – насторожился Силика.

– Он мой отец! – заявил Мах, гордо вскинув голову.

– Почему бы и нет? Вполне допускаю такую возможность, – не без издевки согласился Палуч. – В деревнях Верда, насколько мне известно, более тысячи крестьян, да и в замке несколько сотен слуг.

А право первой ночи в нашем королевстве никто не отменял. Это сейчас Верд остепенился, а по молодости...

– Заткнись! – Мах, позабыв о куполе, кинулся на оскорбителя, но лишь сильно ушиб правое плечо и голову, и под злобный хохот подлой троицы сел на гранитный пол. – Барон Верд мой настоящий отец, я же – его законный наследник. – От досады и бессилия голос Маха предательски подрагивал.