Месть изгоя

Неужели непонятно, что, оскорбляя их, тем самым ты наносишь оскорбление и мне, своему сыну.

- Я стараюсь сдерживаться, сын, клянусь Создателем, очень стараюсь, - заверил Верд, раздражение которого за время неспешной прогулки по коридору сошло на нет, - но иногда не выдерживаю. Вот как сейчас - когда эти хамоватые подонки…

- Отец, повторяю, - жестко перебил Мах, - оборотни мои вассалы. И оскорбляя их, ты наносишь оскорбление их сюзерену!

- Не сердись, сын, извини старика, - примирительно улыбнулся хозяин замка.

- Всему виной десятилетнее противостояние безликим. Оборотни слишком долго были для меня заклятыми врагами. И мне очень тяжело вот так сразу, за одну лишь неделю, примириться с мыслью, что теперь они твои слуги… Но я стараюсь. Прошу, не сердись.

Молодой человек удовлетворенно кивнул, черты его лица смягчились.

– Отец, меня беспокоит состояние Лулы, – поделился опасениями Мах. – Я ни разу ещё не видел её такой подавленной. Ещё утром она была энергичной, жизнерадостной и вдруг – её словно подменили.

Помнишь, каким жутким, равнодушным голосом она отвечала на наши вопросы. И Лула совершенно не отреагировала на мой прощальный поцелуй. Будто я целовал не губы живой женщины, а уста каменной статуи.

– Наберись терпения, Мах. Бедняжка перенесла очень сильное потрясение. Оказавшись в лапах злодеев, она уже попрощалась с жизнью. Такое сразу не забудешь. Потребуется какое-то время, чтобы она стала прежней Лулой.

– Что значит: потребуется какое-то время? Почему бы тебе не растормошить её прямо сейчас с помощью магии?

– Увы, магия здесь бессильна.

– Паршиво.

– Да уж, весёлого мало. Но тебе ещё не ВСЁ известно. Ужас в том, что проникшие в наш замок злодеи охотились вовсе не за твоей кураской. До роковой встречи с ней, они уже успели собрать богатый урожай пленниц.

– Чего-чего? – пробормотал потрясённый Мах и, соскочив со стола, повернулся лицом к отцу.

– Помнишь, когда Лула описывала маленького бородача, она упомянула, что он очень интересовался количеством проживающих в замке женщин?

– Ну и?.

.

– После этих её слов, я приказал слугам немедленно пересчитать людей в замке. И четверть часа назад мне доложили, что не досчитались одиннадцати человек. Все пропавшие женщины в возрасте от семнадцати до тридцати восьми лет. Перед действием сонных чар все они находились в разных комнатах второго этажа – тому есть масса свидетелей. Когда же чары развеялись, оказалось, что они бесследно исчезли.