Месть изгоя

Двое гвардейцев Маха, превратившись в когтистых страшилищ, остервенело шипя, встали по обе стороны от своего господина, а стражники, обнажив мечи, прикрывали с боков барона Верда. Все вместе они образовали в центре гостиной небольшой круг, закрыв своими телами беспомощных товарищей.

Под яростным натиском тоскующих по еде чудищ, полуторасаженная дубовая дверь сорвалась с петель и с грохотом рухнула на пол гостиной.

Мах поудобнее перехватил меч и недобро глянул на надвигающихся от дверей чудовищ.

- Ну, с кого начнем? - сухо, по деловому, осведомился сделавшийся видимым дед Пузырь.

- Вон с того красавца, с тремя зубастыми клювами на лбу, - выбрал жертву Мах и, переместившись, молниеносно отсек чудищу покрытую студенистой мерзкой слизью когтистую лапу.

«Еда-а! Так близко-о!» - возликовало сразу несколько восторженных голосов.

Мах поспешно перенёсся обратно за спины верных оборотней. А на место, где он был мгновение назад, обрушился целый шквал разнокалиберных щупальцев и лап. От досады, что лакомая еда исчезла прямо из под носа, двое монстров даже сцепились друг с другом.

Но эта склока в стройных рядах надвигающихся чудовищ длилась не долго. Товарищи мигом приструнили возмутителей спокойствия – просто и эффективно - разорвали на куски и сожрали.

Между тем первое чудище, трехметровая гусеница - убийца Кучерога, добралась до кольца обороняющихся и лихие гвардейцы Маха вступили в бой. Оборотни сработали четко и слажено, отомстили чудищу за друга, буквально искрошив его гибкое тело своими острыми когтями.

За спиной Маха стражники тоже схлестнулись с хвостозадым монстром.

Мах приготовился к новому перемещению, но не успел. Грянул приказ отца:

- Живо все шаг назад!

Стражники с оборотнями повиновались. Круг обороняющихся существенно сузился. Старый борон резко вскинул руки над головой, скороговоркой выкрикнул заклинание, и на том месте, где только что стояла живая цепь обороняющихся, запылал ярко-желтый огонь.

Наседающие чудища бросились было следом за отшатнувшейся «едой», но самые быстрые, вступив в желтый огонь, запылали как просмоленная пакля.

Остальные, наученные суровым опытом, растерянно остановились.

Вскоре чудища заполнили всё пространство гостиной и столпились за кольцом огня живой шевелящейся стеной щупальцев, жал, когтей и зубов. Куда ни глянь, всюду были отвратительные клыкасто-зубастые очень голодные морды. Поначалу они пихались, переминались, клацали зубами, и вдруг их всех как парализовало.