Месть изгоя

– Господин, двое слева не оборотни, а обычные люди, – огорошил рыцаря Дацул, когда дистанция между двумя группами переговорщиков сократилась до полусотни шагов.

– Ты ничего не напутал? – удивился Мах. – Призрак ничего не говорил мне о людях.

– Посмотри на их глаза.

– Неужели отсюда ты уже можешь разглядеть, какие у них зрачки? – подивился Мах. – Ну у тебя и зрение!

– Точно, двое левых – люди, – подтвердил Влад наблюдение товарища ещё через несколько шагов, когда дистанция сократилась до двадцати шагов.

Сам же Мах смог как следует рассмотреть зрачки пятерых парламентёров крепости только лишь уже во время переговоров.

– Кто такие? – вместо приветствия рявкнул на Маха и его спутников высоченный, плечистый оборотень, когда обе группы переговорщиков наконец остановились напротив друг друга. Этот грубый здоровяк был самым молодым в пятёрке, на вид ему было лет двадцать не больше. Он никак не мог быть за старшего, но вёл себя крайне вызывающе. – Откуда взялись? Чё здесь рыщите? – добавил наглец, буравя чужаков ненавидящим взглядом.

Плохо знакомый с обычаями оборотней Мах собрался было пристыдить выскочку, но Влад его вовремя удержал от столь опрометчивого поступка.

– Эй, фраера, я не понял, вы чё сюда припёрлись – в молчанку играть? – снова заголосил молодой.

И на этот раз он дождался ответа.

– А ну захлопни хавальник, сявка, – спокойно велел ему Дацул. – И не мешай своим пустым базаром правильной братве разговоры разговаривать.

– Ах ты падла! – возмутился молодой. – Да я ща тя… – Дальше он говорить не смог, потому что его лицо вдруг вытянулось, покрылось шерстью и через мгновенье превратилось в безобразную звериную морду, тело изрядно увеличилось в размерах и под просторной одеждой сплошь покрылось густой чёрной шерстью, спина выгнулась горбом, руки стали мощными когтистыми лапами.

Не на шутку встревоженный подобным поворотом переговоров, Мах потянулся к мечу, но Влад снова его остановил, и быстро шепнул на ухо, что они с Дацулом держат ситуацию под контролем и пока что беспокоиться ему ровным счётом не о чем.

Действительно, обернувшись зверем, молодой продолжал стоять на своём месте, не делая ни малейших попыток броситься на Дацула, он даже обе лапы завёл за спину, чтобы ненароком кого-нибудь не поранить длинными когтями. Единственное, чего он добился этим спонтанным превращением, это возможности вволю порычать.