Слепая радуга

Несмотря на небольшие размеры дубинок, удары получились хлесткие и очень болезненные.

– Нарушаем! – довольно ухмыльнулись оставшиеся двое инспекторов. – Гражданин, не задерживайте! Предъявите права!

«Странные какие приведения! – корчась от боли, недоумевал рыцарь. – Дерутся вон, как живые!»

Стремясь побыстрее проверить свою догадку, Мах даже не стал на этот раз прибегать к помощи деда Пузыря, увернувшись от дубин, он коснулся своим клинком кисти одного и голени второго. В следующее мгновенье в комнате раздались еще два тихих хлопка – эти инспектора тоже лопнули.

– Значит все-таки приведения! – уже вслух подвел черту Мах и озадаченно добавил: – Но почему тогда после их ударов так больно-то?

– Никакие это не приведения, – возразил призрак. – Это ифриты, злобные духи-воины. Ума не приложу: как это барону Силике удалось раздобыть их и сделать своими стражами?

– Так ты их знаешь, – обрадовался Мах. – Пузырь, может тогда растолкуешь, что за чушь они несли о каких-то там правах, парковках?..

– Сам подобную белиберду впервые слышу, – растерянно пожал плечами дед.

– Странные они какие-то. Кстати, будь начеку, они, кажется, возвращаются.

В подтверждение слов деда Пузыря тут же раздалось троекратное, укоризненное:

– Оказываем сопротивление! Нарушаем! Гражданин, ну-ка живо по тормозам и к обочине!

Мах торопливо оглянулся. Из углов комнаты на него вновь надвигалась все та же невозмутимая серая троица с полосатыми дубинками наперевес.

– Пузырь, что происходит? – запаниковал Мах. – Я же их…

– К нашему несчастью, ифрита невозможно убить обыкновенным способом.

Очень похоже, дружище Мах, мы угодили в магическую ловушку, – «обнадежил» верный призрак. – Но не паникуй, прорвемся. Для начала попробуй разбудить барона. Хотя…

– Точно, давно надо было это сделать! Я только собрался – да слуги отвлекли. Сейчас я разбужу Силику и он им покажет! – И окрыленный надеждой Мах переместился из под дубинок инспекторов к изголовью кровати рыцаря-мага. За спиной раздался треск вхолостую врезавшихся друг в дружку дубин и раздраженное:

– Здесь обгон запрещен! Гражданин, опять нарушаем!

– Барон, проснитесь! – заверещал в ухо спящему Мах и энергично затормошил толстяка-барона за плечо.

– Сили…

Крик Маха разочарованно оборвался на полуслове – уже после второго толчка Силика, подобно своим странным слугам-ифритам, издав тихий хлопок, бесследно исчез.

– Этого следовало ожидать – всего лишь обычное наваждение, – донесся из-за спины разочарованный голос деда Пузыря.