Подарки не возвращают

Не только окружающий лес напоминал мне давно прочитанные русские народные сказки, но и увиденное строение так и ассоциировалось с той зловредной старушкой, от которой помощи ждать не стоит. Местность на этом лесном участке изобиловала камнями. Покрытые мхом камни не давали деревьям нормально расти. Потому корни большинства деревьев торчали наружу. Бурелома тоже хватало. Хорошо, Дружок через это нагромождение стволов, веток, корней и камней перебирался без особых проблем. Но я то и дело оглядывалась, выискивая «трех медведей».

Особенно в одном месте торчащий обломок ствола напомнил до боли знакомую картину. И только молодая поросль сохраняла относительно вертикальное положение.

И вот среди этого живописного буйства природы примостился деревянный сруб. Понятное дело, что домишко на такой неровной местности мог бы и упасть. Потому он имел подпоры в виде свай из бревен. Так что внешняя схожесть с избушкой на курьих ножках была поразительная.

С той стороны дома, откуда я вела наблюдение, окон не было, только дверь.

Крепкая такая и массивная, под стать срубу. Чтобы добраться до двери и попасть внутрь, имелась приставная лестница. Опять же грубо сколоченная из того материала, что имелся в изобилии рядом. Но в целом сооружение большим не было. Вероятнее всего, здесь проживало не больше двух человек.

К дому примыкал приусадебный участок. Загородка была низкая. Скорее служила препятствием для тех, кто внутри, а не снаружи. Косвенно это свидетельствовало, что хищных животных в лесу нет, и хозяева домика не волнуются за сохранность живности.

Больше ничего поблизости мы не обнаружили.

— Давай выходи, — приняла я наконец решение, подталкивая пятками ящера в шею.

Дружок совершенно бесшумно приблизился к строению и снова замер возле плетня, всё разглядывая и обнюхивая. Наше появление не осталось незамеченным. Дверь домика распахнулась, и оттуда вышла «Яга».

— Зверя убери. Ещё натопчет и нагадит мне, — зашипела на меня не такая уж и бабка, а скорее женщина пожилого возраста.

Правда, у неё был такой видок, что ассоциация с Бабой-Ягой меня не покидала. Всклокоченные, неопрятные волосы, грязная одежда, заляпанный чем-то жирным фартук. И еще утверждает, что мой ящер здесь нагадит. Кто бы говорил!

В общем, за Дружка я обиделась. Потому не сразу сообразила, что речь женщины мне совершенно незнакома. Понимала я ее только потому, что у меня на шее висел амулет-переводчик. Но вопрос в уме сформулировала, а потом и звуки воспроизвела.