Подарки не возвращают

— Как же так?! — искренне возмутилась я. — Неужели нельзя попросить, заставить, приказать? Два Лекаря на целую армию — это слишком мало!

— В Гиноре не так много Лекарей, и те имеют определенные контракты, — терпеливо пояснил мне рекрутер. — Но у вас будут помощники.

— Это неправильно. Нужно свою школу открыть или как-то поменять систему, — продолжала я возмущаться.

Мужчины на мои бурчания только снисходительно улыбались. А потом нам уже стало не до обсуждения ситуации с Лекарями. Впервые мне удалось увидеть такой большой стационарный портал.

Смотрелся он как огромный серебристый смерч. Затягивала эта магическая субстанция без проблем как людей, так и ящеров. Меня чуть качнуло на спине ящера, а мы уже оказались на другой стороне. Там нас ждал личный отряд Правителя.

Только под вечер мы прибыли к месту сбора. Оно меня потрясло до глубины души. Действительно, армия! Огромное число людей и животных толпилось на относительно небольшом участке. Шум стоял неимоверный. Ездовые ящеры топали, порыкивали, недовольные соседством друг друга, старшие отрядов выкрикивали команды.

Кто-то пытался регулировать этот шумный поток свистом и жестами. Все эти звуки буквально ошеломили меня.

Но погонщик ящера, на котором я ехала, оказался опытным. Показал рукой на белый вымпел над палатками и повел животное в том направлении. Попутно я выяснила, что Лекарский обоз будет двигаться в самом конце колонны. Оттого и расположили наш лагерь немного в стороне. Но пока мне предстояло познакомиться с теми, кто будет находиться под моим командованием.

Поскольку Белый Лекарь рангом выше остальных медиков, то меня по умолчанию поставили старшей над командой.

И снова я радовалась наличию вуали: делать «умное лицо» не пришлось. Вообще-то я совершенно не разбиралась в том, что мне показывали и рассказывали помощники. С другой стороны, все обеспечение и организация на совести Правителя. В мою задачу входит только лечение раненых. Как раз насчет этого я была спокойна.

А всё остальное считала вторичным. И вообще, очень надеюсь, что все эти палатки для больных нам не понадобятся. Буду всех раненых возвращать в строй в ускоренном темпе.

Так что, когда появилась возможность уйти в свою палатку, я со спокойной совестью удалилась. Потом долго сидела и плакала, наклонившись над расстеленным на коленях полотенцем. Прикинув, что на первое время мне наплаканного хватит, принялась скрупулезно собирать собственные слезы.