Не грифоном единым...

Во-первых, вокруг было много света. Стены пещеры были из темно-зеленого минерала с прожилками из золотистого песка. И это песок светился, из-за чего казалось, что светятся стены. По залу неровно, не симметрично стояло несколько белоснежных колонн. Не совсем колонн. Точнее, это были сталактиты и сталагмиты, которые просто объединились вместе: один спускается сверху, другой поднимается снизу – они встретились – и вот тебе колонна.

Прямо по центру пещеры стояла двухъярусная чаша. На верхнем ярусе чаши лежала Веста – величественная и спокойная, а со второго яруса в бассейн, находящийся под чашей, лилась вода.

- Здравствуйте, Веста.

Реверанс в джинсах делать глупо, поэтому просто поклонилась.

«Здравствуй, дитя. Пойдем»

Грациозно королева спрыгнула со своего ложа и пошла в глубь пещеры. Похоже там был вход в следующую пещеру. И может даже не одну. Спокойно пройдя следом, я в очередной раз за сегодня забыла, как дышать от восторга.

Передо мной был водопад. Высоченная пещера, по центру которой с потолка падал дневной свет. Высота примерно десятого этажа между прочим! И где-то этажа с восьмого начинался водопад, который узкой речушкой уходил куда-то под стену… Темные камни с золотистыми звездочками внутри, впаянные в стены, пол и потолок делали это место особенно красивым. А лучики света, отражаясь от воды и золотистых искорок внутри камня обволакивали все вокруг золотистым сиянием.

«Тебе надо снять все с себя: одежду, украшения и встать в водопад вечности. Когда ты снимешь кулон, который на тебе – ты перестанешь понимать наш язык, поэтому если хочешь что-то спросить – спрашивай сейчас».

Спросить? И что я хочу спросить в первую очередь?

- Что прямо совсем все снимать??

«Все. Даже сережки».

Я огляделась. Людей или грифонов не видно. Представить, что за мной подглядывают… можно, конечно, но зачем? Чем я таким от других женщин отличаюсь? Две руки, две ноги, одна голова, куча сарказма и непробиваемой веры в хорошее.

Я всегда верю в хорошее в людях. Когда меня подставляют – отомщу, забуду и опять верю в хорошее. Только уже в других людях.

Может представить, что я в ванной? Или в бане?

Мысли вернулись к кулону. Соображения о том, что я подозрительно спокойно понимаю местный язык, меня уже посещала. Сомневаюсь, что здесь все поголовно учат русский.