Шолох. Тень разрастается

– Более того, – Патрициус со значением поднял указательный палец, – Совет потребовал, чтобы все трещины на дворцовом острове запломбировали и тем самым опять закрыли некрополь. А то вдруг упыри попробуют выбраться оттуда в город? Поэтому королю Сайнору ничего не оставалось, кроме как объявить поиск добровольцев, пока ходы в лабиринт ещё открыты.

Мы с Патрициусом снова дружно покосились на газету. Маг и воин на объявлении могли похвастаться поистине идиотскими улыбками. Иллюстратор явно испытывал глубочайшие сомнения по поводу того, к чему призывал.

– И много уже нашлось добровольцев? – прикусила губу я.

Патрициус закончил венок из ромашек и торжественно возложил его мне на голову: «Это вам!» Потом, потемнев лицом, ответил:

– Ни одного. Люди видели того выжившего Ходящего, и теперь никто не хочет повторять его судьбу.

Мы с Патрициусом продолжили наш путь, пока наконец не оказались в Нижнем Закатном Квартале – районе, в котором расположены поместья семнадцати знатных Домов Шолоха. Там на зелёную улицу Небывалой Удачи выходили главные ворота владений трёх семей: Таящихся, Страждущих и Мчащихся.

С первым из этих поместий меня ничего не связывало. Второе – моё – временно пустовало: я предпочитала жить в Мшистом квартале, родители переехали в Норшвайн, а моя младшая сестра получала образование на другом конце света. Из‑за этого сейчас на территории Дома Страждущих царила уютная тишина: только слуги заботились об особняке, саде и конюшнях. Я заглядывала туда пару раз в месяц, чтобы убедиться, что всё в порядке, но сейчас моей целью было следующее поместье.

Владения Дома Мчащихся – одной из самых могущественных семей королевства, к которой принадлежала моя лучшая подруга.

Поблагодарив Патрициуса за помощь, я спешилась, поглубже натянула капюшон мантии и начала прикидывать, как мне встретиться с Кадией, никому не выдав своего присутствия. Перелезть через забор, тихонько прокрасться к её покоям и дождаться её там? Через Патрициуса передать записку? Или дойти до голубятни, расположенной неподалёку, и отправить письмо?

Но оказалось, что в этих размышлениях не было нужды.

– И что, спрашивается, случилось с твоим вкусом в одежде?! – завопила его обладательница. – Как ты – образец стиля – могла нацепить на себя этот шерстяной кошмар?!

– Кадия! – ахнула я, поднимая голову и тотчас ойкая оттого, что мне в лоб прилетела метко брошенная абрикосовая косточка.