Препод

Собственно, там на вывеске и был изображён некто, видимо этот самый студиоуз, с бутылью в руках.

Пробухать там можно было абсолютно любую сумму денег и даже залезть в долги. А Альтину, с непривычки, да на отрыве от дома, могло и растащить.

Кабак встретил меня грохотом и ором веселящейся толпы народу. Все были уже в изрядном подпитии, кто-то ораторствовал стоя на столе с кружкой в руках, кто-то пытался наколдовать чего-нибудь этакого. В углу, где висела мишень для метания топориков, группа старшекурсников развлекалась запусканием в неё огненных шаров.

То, что заклинания прожигали не только мишень, но и стену за ней, их нисколько не смущало.

Собственно, к утру кабак неизменно оказывался полностью разгромленным но, как феникс, к вечеру возрождался из пепла, восстановленный бригадой строителей и магов. Стоило такое восстановление прилично, но разрушение входило в счёт, выставляемый студентам, поэтому всегда окупалось.

Тут на оратора на столе, с грохотом обрушилась люстра, сбитая метким выстрелом и н секунду стало потише, потому что все с интересом посмотрели туда.

Впрочем, оратор из под люстры вылез, вполне живой, потирая шишку на голове, и все вновь вернулись к своим занятиям.

— Опа, дядя, а ты чего тут забыл, здесь гуляют только уважаемые студенты Академии, — закачался передо мной, лупая залитыми до краёв зенками, какой-то незнакомый третьекурсник.

— Я не дядя, а профессор Локарис, — ответил я, продолжая оглядывать зал в поисках Альтины.

— Профессор, — парень скривился, — слыш, иди-ка ты на.

.. профессор.

Он был уже в такой стадии опьянения, когда море по колено. До голоса разума там было не достучаться никак, сейчас ему сам чёрт не брат, поэтому я просто взял со стола рядом чью-то глиняную кружку с остатками пива и разбил о голову наглеца.

Тот рухнул как подкошенный, а сбоку раздался чей- то возмущённый голос:

— Эй, это было моё пиво!

— Все вопросы к нему, — показал я на медленно поднимающегося с пола старшекурсника, после чего пошел дальше.

Сзади послышалось ещё более возмущённое:

— Это было моё пиво! — только уже обращённое не ко мне.

После чего раздались глухие звуки ударов.

Всюду были свидетельства безудержного пьянства, благо хоть первокурсников почти не наблюдалось, в основном были студенты постарше. Наконец, я нашел Виолар за одним из столиков в углу. Вот только была она в кампании не своих одногруппников, а с парочкой старшаков, беззастенчиво её лапающих.