Книга седьмая. Справедливая гордыня

Остальные девчонки, особенно злодейски ухмыляющаяся кицуне, так и расхаживающая в своем человеческом обличии, также последовали этому совету, надежно блокируя бывшую ведьму.

– Итак, гражданка Такамацури, – откашлявшись, я поднес к лицу мудрицу светильник, – Расскажите-ка нам, как так получилось, что вы обладаете силой, способной на подобные фортели? А затем расскажите, с какой-такой радости вам пришла в голову идея, что прилепить Системного Администратора жопой к стене куда лучше для всех нас, нежели просто посидеть несколько дней под его присмотром?

Бывшая ведьма сопела, вертелась, убеждала нас, что вообще ни при чем и это всё нам показалось из-за того, что в атмосфере газовой планеты Бибиру, что вертится вокруг той же звезды, что и Фиол, произошел метановый взрыв, излучение от которого вызвало у нас в тронном зале Шварцтаддского дворца массовые галлюцинации.

Мы массово и вслух не верили, что вызывало у волшебницы повышенную тревогу и ерзание худощавым телом по теплым доскам стола.

– Саяка, – увещевала мудрицу Тами, – Не доводи до греха! Исповедуйся!

– Сухой закооооон…, – пела гулко под столом Мимика, изо всех сил сжимая свернутую и сопротивляющуюся шляпу, – Сухооооой закоооооон…!

Сдалась наша скорбная дева только после того, как на её глазах стали опустошать в иллюминатор емкости, содержащие алкоголь. И то – далеко не сразу! В начале были плач, крики, сопли, слезы, несколько сотен уверений, что она вообще ничего не знает и действовала спонтанно, попытки свалить вину на шляпу, судьбу, помешательство, и даже Рюуку, которая её «неверно поняла» (за это возмутившаяся от такой жизненной несправедливости кицуне долго ругалась, требуя выкинуть всё, что имеет градус за борт), но в конце концов сдалась.

Точнее, сделала вид, предприняв попытку к побегу, блокированному бдительной оболганной лисицей.

Пришлось мне тряхнуть стариной и вспомнить молодость: обмотав волшебную заразу одеялами, мы подвесили получившийся кулёк за потолочную балку. Поняв, что дело принимает плохой оборот, а отступать мы не намерены (еще бы!), наша штатная алкоголичка пустила нюни, а затем, очень нехотя и давя на жалость, принялась рассказывать свою трагическую и ужасную историю, которая нас ко всему этому и привела.