Леди не летают

Только Агате все равно было не легче, потому, что хромающий и страшно ругающий леди Клариссу Аррадион принес зачарованный кристалл и запечатлел нас с Агатой во всяких компрометирующих позах.

И наша интеллектуально одаренная леди с ужасом поняла, что доказательств измены с Аррадионом у того не было, а вот со мной их теперь стало хоть отбавляй! А ведь она тогда только-только помирилась с Ригаллионом, и это стало бы страшным ударом…

– Страшный удар это то, что он спит с идиоткой! – не выдержал я. – Леди Агата, вам очень повезло, что лордов Аррадиона и Агри быстро схватили.

Леди Агата опустила ресницы, безропотно проглотив «идиотку», и сказала, что просит прощения. И что поступить по-другому она не могла, потому, что первым делом Арридион велел ей задержать меня на ночь.

Что она и выполнила со всем старанием.

О да. Старание там, конечно, присутствовало.

Теперь я вспомнил это в мельчайших подробностях.

– Просить прощения не нужно, леди. Но вам придется хорошенько постараться, чтобы сдать зачет не только по танцам, но и по хорошим манерам, – я позволил себе многообещающе улыбнуться перепуганной леди, – во всякой случае, пока вы не уясните, что тащить другого человека в постель без его согласия совершенно недопустимо.

***

– …я запишу вам список дополнительной литературы, которую придется изучить к зачету! – заявил я после драматической паузы.

Упс. Переборщил.

– Я понимаю, что некоторым девицам… как говорит леди Кларисса, «если они все еще девицы»… соблазнить преподавателя проще, чем что-то учить… – сказал я, отворачиваясь к столу в поисках чистого листа и оригинальных идей. – Но со мной так не получится, леди.

– Лорд Грайси!.. – внезапно возмутилась леди Агата.

– Прощу прощения. Разумеется, вы не девица, у вас же Ригаллион. Вот список.

Судя по моим воспоминаниям с сеновала, учить Агату нравственности было, мягко говоря, поздновато, так что я просто переписал ей названия десяти случайных книжек – первых, что пришли в голову.

Вручив дрожащей жертве шантажа и идиотизма список для чтения, я велел ей немедленно покинуть комнату и не попадаться на глаза хотя бы на выходных. Судя по тому, что Агата снова приняла обычный гордый и неприступный вид, она была этим фактом глубоко разочарована и предпочитала сдавать натурой.