Светлый Арти

Мордреда сразу повалило наземь, а сам он непонимающе пытался сфокусировать взгляд на короле. Правда он был не единственным ошарашенным, все окружение было в шоке от поступка короля. Сам же Король снял шлем и посмотрел на своего сына очень грустным, разочарованным взглядом.

- Мордред... я разочарован. Я дал тебе миссию. Дал тебе сотню отличных парней, с которыми прошел не одно сражение. Среди них были опытные и мудрые советники. Некоторых я даже был готов назвать друзьями. Но где они теперь, Мордред?

В горле пересохло, а слова застряли в горле.

Мордред даже если бы захотел, то ничего не смог бы ответить сейчас.

- Молчишь? Можешь не отвечать. Я отправил с тобой сотню - вернулось меньше трети. Ты выполнил мое задание, но ценой, которую я считаю неприемлемой! Сим Я, Король Британии Артур Пендрагон, лишаю тебя, сэр Мордред, рыцарского звания, - слова ударили как гром средь ясного неба. Тишина стояла мертвой, ибо случай был беспрецедентный.

- Н-но, Мой Король... - Артур проигнорировал пытавшегося возразить ему рыцаря, который хотел убедить своего короля не спешить с таким решением.

- Ибо я ныне считаю, что вы еще недостойны звания рыцаря. И дабы это исправить я назначаю вас своим личным оруженосцем, коим вы будете пока я не сочту, что вы готовы вернуть себе рыцарское звание, - не сказав более ни слова король развернулся и ушел в замок.

Мордред проснулся от ощущения, что его щеки коснулось, что-то мокрое. Открыв глаза он увидел, что олень, его новый скакун, тычется ему носом в лицо.

Встав с лежака Мордред взлохматил волосы. Он не любил этот сон. Тот напоминал ему о его ошибках. О том как из-за него погибло много хороших людей, советников, которые должны были его обучить, преданных королю бойцов, способных прикрыть Мордреда телами в случае чего... перед семьями которых отец потом водил его извиняться. При этом сам же и извинялся:

- "Простите, что мой рыцарь не уберег вашего сына\мужа\отца\брата."

В те моменты Мордред был готов от стыда сквозь землю провалиться.

Ведь тогда, во время того задания, он не считал солдатов за личностей - подчиненные, которые должны следовать приказам, не более. Сейчас ему было стыдно за это.

- Ладно. Сейчас позавтракаем и в путь. Ты как, чуешь где Отец?

Олень неопределенно махнул рогами в сторону востока.

- Отлично.

Примерно то же время.

- Ты куда-то собираешься? - проговорила Аталанта.

- Да, есть одно дело, - нехотя отвечаю, а то не отлипнет. Но и брать её с собой не хочется.