Любовь от гроба

— В любом случае звучит очень по-жречески, — сказал он, — ты это, не перебивай. Я вообще-то слушаю. Что делать-то надо, о жрица?

— Любиться и целова-аться! — торжественно провозгласила брюнеточка, окончательно расползшись по дивану, — Ну, вы заняты, полюбиться не успеете. Целуйтесь, и-ик… ли я закричу.

— Ох ты ж божечки, — вздохнула Джавин, — какое же ребяче…

Ее вдруг подгребли за талию, и она осеклась, замерла, закрыла глаза, как положено в таких случаях.

Прохладные губы осторожно, почти невесомо коснулись ее лба, и руки на талии исчезли.

…в лоб?

В лоб?!

— Я тебе что, покойник?! — рявкнула Джавин, — А ну, а ты куда!

Брюнеточка на диване заливалась смехом, молотя изящными ножками по подушкам.

Джавин яростно выдохнула сквозь сжатые зубы, решительно развернулась и пошла по коридору налево, к комнатам маман.

Вот сейчас она этого гастролера задержит, дотащит до участка, заполнит бумаги, немного остынет…

И выдаст этому придурку свою холодную месть!

В храме любви и разврата!

Целовать! Человека! В лоб! Когда человек уже губы раскатал!

Это подло и незаконно!

Схимник несчастный! Ну ничего, один раз она эту мантию с него уже сняла, снимет и еще раз.

Она коснулась прохладной фарфоровой рукой лба, приложила тыльную сторону ладони к пылающей щеке, не давая ей дернуться в раздражении.

Говорили ей подруги, нет у личей ничего святого…

Где-то там, за спиной, все смеялась и смеялась маленькая жрица.

07.10. Херк и Чайду 3: Но я не хочу ходить вокруг да около

Лучшие номера в препоганейшей гостинице в Сараге, большом селе в дне пути от Либена, оказались не сильно лучше худших.

Херк ворочалась на жесткой кровати и никак не могла заснуть.

Ей чудился шелест мышиных лапок за стенкой, от дурного предчувствия клопов по-настоящему чесалась то нога, то рука.

От подушки едва уловимо пахло затхлой сыростью.

А потом и вовсе Херк услышала звук крадущийся шагов, все ближе, ближе к ее двери.

И как только пробрался сюда, наглец!

Охрана расположилась в комнатах на нижнем этаже. Она всегда считала своих воинов достаточно профессиональными, чтобы не допустить к ней вора, и вот, посмотрите только! Крадется...

Херк решительно встала с кровати, сунула в близорукий правый глаз монокль, и подхватила с туалетного столика одинокий медный подсвечник.