Ржевский

- Не ходите за мной! Отстаньте по-хорошему! Позову на помощь полицию, вам же хуже будет! - огрызается девчонка из-под накидки на голове и ускоряет шаг, словно пытается от них убежать.

Ух ты. Это я удачно здесь пошёл. Решительно приближаюсь встречным курсом:

- Привет, красавица! Как дела? Эти мудаки тебе досаждают? Помочь не надо?

Её миндалевидные глаза под непрозрачной для остальных чёрной вулью широко раскрываются в удивлении:

- Ты кто?

На рефлексах тела выпрямляю спину, щёлкая каблуками:

- Ржевский Дмитрий, Иванов сын! Для тебя можно просто Дима.

Двое её соотечественников (судя по чертам лица) переходят с шага на бег, чтобы поскорее приблизиться к нам. Получается, действительно охрана, хотя и несколько иного плана, чем думалось поначалу.

Одновременно на противоположной стороне улицы вторая пара людей, уже в одинаковых формах и со стволами, тоже бросаются через дорогу сюда. Местный патруль? Зачем? Вроде же ничего не делаем.

- А тебя зовут Мадина, я подслушал, - продолжаю спокойно демонстрировать, что суета вокруг меня нисколько не трогает.

- Вообще-то ты не можешь со мной первый заговаривать, - она перестаёт плакать и резко озадачивается. - Не страшно?! Не боишься?!

Я чего-то не учёл? С другой стороны, не сдавать же назад.

- Я вижу, что ты плачешь. - Главное держать голос потвёрже. - Что у тебя случилось? Когда на улице плачет женщина, нормальный мужчина не пугается, а старается ей помочь. - Ещё раз щёлкнуть каблуками, что ли.

А ведь я точно влез куда-то не туда: она только руку подняла - а её сопровождающие тут же притормозили.

Чёрт, да по этой дорожке вообще никто не идёт, соображаю с запозданием: на широком тротуаре проспекта прочерчены две линии, цвет покрытия между ними красный, словно тропа меченная. На неё никто не наступает.

А ещё через каждые десять ярдов корона нарисована. Человеческая корона, не наша, угловатая и кривая - но символ монаршьей власти в ней узнать худо-бедно можно.

Не понял, так это дорожка для местных монархов, что ли?!

Отмотав в памяти последние десять минут, припоминаю: да, по красной полосе кроме меня никто не шагал.

Занятно. А она тогда кто? И почему лицо (и всё остальное кроме ладошек) у неё тряпками закрыто? Ладно, была бы уродина, но красивая же. Мне-то и сквозь одежду видно.

- Даже не знаю, что тебе сейчас ответить, - резко впадает в задумчивость девица.