Доля отцовская

– Юля? – осторожно позвала девушка, приподнимаясь на локте.

– И ты туда же… – ворчливо отозвалась подруга, не отрываясь от сумки. – Такими темпами скоро моя лошадь будет меня так называть! Что за дурацкая кличка? Словно собаку позвать… Хотя нет, у них и то длиннее. Придушить бы этого иномирца. Тоже мне, самый умный нашелся! Ничего… И император этот… Ну, я ему сейчас устрою. – Последнее слово она протянула так кровожадно, что Маришка сильно пожалела о том, что все-таки проснулась.

– Но Василий действительно умный! А ты тогда глупо себя вела… – попыталась она заступиться за флегматичного мужчину, который иногда поражал ее отцовской заботой к чужой девчонке.

– О, да, конечно! Одна Юльтиниэль во всем виновата! – Девушка раздраженно согнала со лба фиолетовые пряди. – Как удобно все на меня сваливать! Кто виноват? Ну, конечно Юлька! Наводнение на островах? И тут она подсуетилась! Вы меня во всех смертных грехах обвините – сразу полегчает.

Маришка не помнила такого, чтобы подруга говорила о себе в третьем лице, кажется, она была крайне сердита, или даже обижена.

– Ну где же это? – воскликнула девушка, вытряхивая вещи из сумки.

– А что ты ищешь?

– Краску…

– Алив Пресветлая! Ты что, решила сделать фиолетовым императора? – Девушка аж подскочила.

– Скажи спасибо, что не голубым… – В голос подруги вернулась привычная насмешливость. – Хотя идея и заманчивая, боюсь, такого родина мне не простит. Я просто покрашу его коня.

– С тобой Кристиан сам в него переквалифицируется, – едко заметила Маришка, раздумывая, спасать ли питомца его императорского величества или же поступить по-дружески и помочь Юльтиниэль.

Победила проснувшаяся некстати хулиганская часть ее девчоночьего характера. – Ладно, кажется, все алхимическое ты запихнула в третий подпространственный карман, – подсказала она, поднимаясь на ноги.

– Да? – протянула Юльтиниэль, в этот момент здорово напоминая своего отца. – Спасибо. – Она зарылась в сумку почти полностью, но уже через минуту, радостно воскликнув, вынырнула обратно, сжимая в руках два небольших флакончика.

– Вот, держи. Я всех, как ты успела заметить, усыпила. Так что можем шуметь сколько угодно.

– А почему я проснулась?

– Ты же моя подруга. Я знала, что, как всегда, поупрямишься, но никуда не денешься. – Юльтиниэль распихала выброшенные на траву вещи обратно по карманам, застегнула ремешки и тоже поднялась на ноги, с чувством превосходства разглядывая спящих спутников.

– Не знала, что я такая предсказуемая.