Доля отцовская

Все-таки мне уже давно не двадцать, чтобы с распоротым животом кидаться в гущу схватки.

– А что, такое было?! – воскликнул император.

– Было. Правда, тогда многое по-другому было, и я тоже другим… был.

– А почему ты нам не сказал, что знаком с графиней Этт? А то ужасы, легенды… – надулась Юля.

– Тут лучше один раз вам показать, чем несколько дней рассказывать и убеждать, что никто вас тут не съест и даже не покусает. Ну разве что сами что-нибудь не намудрите. – Герцог покосился по императора и Юльтиниэль, покачал головой.

– А то еще решите кого-нибудь поднять или вызвать, так сразу все легенды в реальность превратятся.

– И то верно, – согласились остальные, не зная, что бы еще спросить. Все чувствовали себя в какой-то мере виноватыми, усталыми, и очень хотелось спать после такого замечательного ужина.

Впрочем, дальше разговаривать и не получилось – появившаяся вновь Клар что-то рассерженно прошипела Тэдару, и тот попросил всех посетителей удалиться. Больному нужно как можно больше спать, благо, выпитое сонное зелье уже начало действовать.

– Если можно, я останусь. Пусть девушка объяснит, какие лекарства Оррену нужно принимать и когда по времени, и идет отдыхать. Если что, я позову. – В голосе Альги прорезался металл, и желающих спорить с женщиной почему-то не нашлось.

Клар быстро ткнула пальцем в два пузырька,

– Через два оборота, – хрипло произнесла она, кивнув в сторону круглых настенных часов, после чего указала на соседнюю дверь и быстро скрылась за ней.

Видимо, таким образом объяснила, что она будет отдыхать рядом.

– Поразительно немногословная барышня, – хмыкнул Крис, выходя из комнаты и притворяя за собой двери. Последнее, что он увидел – воровка погасила мешающие Оррену ночники и устраивалась рядом с ним, пересев на табурет. При этом лицо женщины сияло такой заботой, что императору даже неудобно стало, будто увидел что-то личное, не предназначенное для чужих глаз.

***

– Что будем делать? – Юля кое-как завязала волосы в хвост.

Короткие пряди никак не хотели собираться под лентой, так что получилось что-то крайне растрепанное.

Другое дело, что можно было наконец-то вылезти из этого пыточного устройства – платья. Недаром говорят, что красота требует жертв – этот хелин корсет за время ужина столько ее нервов перевел, сколько не смогли все незадачливые женихи за полгода! С сожалением покосившись на пышную юбку, девушка подумала, что обязательно закажет себе в столице что-нибудь похожее.