Доля отцовская

Рассвет везде пройдет, если захочет. Коник Квера тоже не так прост, каким хочет казаться. Надо хорошо запутать следы, прежде чем направляться к дочке и Маришке. Надеюсь, девочки не забыли прихватить наши вещи? А то, знаете ли, там было много чего важного и полезного. Особенно если учесть, что, скорее всего, теперь нам придется отсиживаться по лесам и оврагам и передвигаться какое-то время только по ночам.

Хм… странно, почему молчит Квер и не комментирует произошедшее? Точно знаю, что он видел мое неожиданное преображение.

И так спокойно отреагировать?! Он ведь легко сейчас может обвинить меня в предательстве империи. Не на шутку взволнованный молчанием лейтенанта я все-таки обернулся, надеясь, что впереди не окажется широкой низко растущей ветки, которая, воспользовавшись моментом, выкинет меня из седла.

Квер распластался на коне, держась из последних сил. Благодаря измененному зрению я прекрасно видел торчащий из его спины арбалетный болт.

***

Маришка подергала подругу – по совместительству госпожу – за рукав простой льняной рубашки, в которую та успела переодеться по велению герцога.

– Ну что, не видно их? Нет? – в который раз нетерпеливо спросила она.

До озера они добрались на удивление быстро. Хотя почему «на удивление»? Две юные, хорошо натренированные девушки, для которых совсем не сложно перескакивать через коряги, не сбавляя темпа. Озеро отыскать оказалось проще простого, так же, как без магии устроить в большом кустарнике удобный шалашик, в котором теперь подруги отдыхали.

– Нет. Наверное, их что-то задержало, – Юльтиниэль раздраженно шикнула на девушку и опять скрылась за переплетением ветвей так, чтобы без магического зрения их не смогли отыскать.

– Очень надеюсь, что с ними все в порядке… – пробормотала Маришка, разбирая те вещи, которые они успели прихватить из трактира. Свою сумку Юльтиниэль уже пристроила, и теперь перед девушкой стояла простая задача: разобраться с остальными и понять, забыли они что-нибудь или же нет. Вот эта большая сумка, явно с несколькими лишними измерениями внутри, точно принадлежит герцогу.

В памяти Маришки неожиданно всплыл образ его светлости, когда он, улыбаясь, в шутку предположил, что ее могут принять за его любовницу. Хм… а почему бы и нет? Она, конечно, не красавица, но все на месте, и восемнадцать ей уже исполнилось – вольна делать, что хочет. И если… Оглянувшись на подругу, девушка попыталась стереть с лица предательское смущение. Ну да, она, глупая, умудрилась влюбиться.