Доля отцовская

Император же маялся от скуки. Точнее, Василий сказал, что справится и без помощников, а лекарские способности не входили в число талантов его величества. Снести голову – запросто, но вот приклеить ее обратно, извиняйте, не императорское это дело.

А с раной не повезло. Неопасной она казалась равно столько, насколько хватило моего болевого порога и выдержки. Маришка кое-как отодрала уже прилипшую к плечу рубашку и сдавленно охнула.

– Вот это да! Как ты еще рукой можешь двигать! – воскликнул император, наблюдая за процессом моего «лечения».

Ну, да… подбодрил, называется.

Рука держалась на одном честном слове и выглядела крайне жалко. Но особо больно все равно не было, да и кровь к удивлению почти не текла.

– Герцог, вам, наверное, лучше не смотреть… – прошептала Маришка, высыпая на рану непонятный порошок из небольшого пакетика, который был извлечен из ее сумки. Внутри что-то дернуло, и боль резко усилилась. На траву посыпались флакончики и пузырьки всех видов и цветов.

– Это еще зачем? – Интересно, а почему она их не доставала, когда Квер лежал раненый? Хотя по запаху могу сказать, что не обошлось в порошке без запрещенных травок.

Видимо, боялась. А теперь решила, что раз герцог оказался отмечен Хель, и ей можно самую малость нарушить закон.

– У вас, когда на рану смотрите, глаза загораются в темноте, – пояснила девушка, придирчиво принюхиваясь к содержимому одного из флакончиков, потом кивнула своим мыслям и обработала маслянистой жидкостью края раны.

– А ведь точно! – И как сам не додумался? – Там на нас не смотрят? – уточнил я.

Маришка оглянулась и покачала головой. Василий как раз повернулся к нам спиной, отчитывая за что-то Юлю. Та стояла, опустив взгляд в землю, и переминалась с ноги на ногу. Император расседлывал своего монстра. Можно было немного похулиганить…

– Можешь снять с меня цепочку с даром? – попросил я. Надеюсь, с первого раза никто ни о чем не догадается. Да и не хотелось бы, чтобы его императорское величество о метке узнал.

– Э? – Маришка красиво округлила глаза.

Потом неловко обвила мою шею своими тонкими ручками. Холодные пальчики принялись искать застежку.

Хель, если сейчас кто-нибудь повернется, можно смело сматывать удочки и кидаться на собственный меч. Достаточно просто представить, как это выглядит со стороны. Почему Маришка не подумала зайти со спины? И проще, и быстрее, и не так компрометирующе. Обошлось. Застежка недовольно щелкнула, и Маришка шустро отползла в сторону, странно на меня косясь.