Как я учился в магической школе (Ученик поневоле)

А ещё, кстати, в копилочку идёт то, что девяносто процентов магичек с даром к проклятьям таковым даром при рождении не обладали, что, опять же, нонсенс, ибо нарушает ещё одну аксиому — доказанную, между прочим, многими исследованиями — о формировании первичной энергетической структуры организма ещё на стадии эмбриона.

— Мда… — протянул я.

Кой-чем в своей жизни я всё же интересовался, так что в общем и целом сказанное Юрьичем понимал. По крайней мере, что такое «нонсенс», «парадокс» и «аксиома» — для меня тайной не было.

— Скажу больше, в народе считается, что чем сильнее дар ведьмы, тем та некрасивей, оттого-то дурнушек сразу начинают подозревать в ведьмовстве. Вот только я, как человек знающий, могу тебе сказать с полной уверенностью: они все путают причину и следствие.

— То есть, — я поднял голову, внимательно всматриваясь в товарища, — ты хочешь сказать, что проклятья — это в чистом виде приобретённый, а не врожденный, дар отличной от общей магии природы?

— Именно! — довольно подтвердил тот.

— Что является источником магии проклятий — не известно до сих пор. Поэтому-то для того, чтобы победить одну ведьму, зачастую нужна другая. Тех девочек, у кого действительно вычисляют такой дар, в обязательном порядке отправляют на обучение сюда. Воспитать из них полезных членов общества — вот основная цель. К сожалению, находят далеко не всех. Кстати, — Глушаков с нескрываемым любопытством посмотрел на меня, — а как тебя самого-то нашли? Такой дар для мужчин вообще редкая редкость. Или ты проклял кого, а тот магом из местных оказался? Они любят экскурсии в техногенные миры…

— Да нет, — отмахнулся я, — никого я не проклинал. Просто заявились вдруг ко мне, сказали, что я в ученики записан, просто с возрастом промахнулись, потому что у нас удвоенный временной поток относительно тутошнего.

— Стоп, — выражение лица Сергея аж изменилось, став вдруг каким-то отчуждённым. — Говоришь, записан?

Я кивнул.

— Значит, у тебя дар не только к проклятьям?

— Неа, — я помотал головой, гордо подняв растопыренную пятерню.

— Аж пять. Тёмных все четыре и друидизм впридачу.

— Ах ты ж… — Юрьич опасно сощурился, правда, я чувствовал, что его злость направлена не на меня. — Кто проводил распределение?

— Ректор.

— И он вот так вот просто направил тебя на ведьмин курс?

— Да нет, я сам выбрал.

— И он ни слова не сказал?

— Нет. Попереглядывался только с этой… как её… старшим преподавателем Марной, и всё.