Как я учился в магической школе (Ученик поневоле)

Ну и заполнять, естественно. В такой объём влезет ещё столько же, если не больше.

— Прямо с ведром?! — ужаснулся я перспективе.

— Двухнедельный запас силы лишним не бывает, — отрезала магистерша.

— А переделать его во что-нибудь более компактное?

Тут уже ответил Глушаков:

— Нельзя, нарушишь сформировавшуюся внутреннюю магическую структуру. Да и как ты себе представляешь его переделку? Технологию я не помню, а к гномам идти — себе дороже, потом от наёмных убийц проходу не будет — они этот секрет пуще золота своего хранят.

Я представил себя разгуливающим по академии с ведром. Во антураж-то у начинающего тёмного властелина, закачаешься. Решат ещё, что совсем сбрендил.

— На крайняк на голову оденешь, как шлем будет, — заметил Юрьич.

— Очень смешно, — обиделся я.

— А что не так? — абсолютно серьёзно вопросила Элеонора. — Адамантий почти не подвержен магическому воздействию, а в качестве накопителя ещё и полностью инертен к любой другой стихии.

— Давай, примерь, — предложил Юрьич.

Я с подозрением посмотрел на их бесстрастные рожи, но там отражалась максимум лёгкая заинтересованность.

Решившись, я осторожно натянул ведро на голову. Не самого большого размера — литров на семь, — оно село почти по голове, а упавшая дужка легла строго под подбородок. Я чуть повертел его руками, устраивая поудобнее, как вдруг услышал сдавленное хрюканье.

А когда снова взглянул на своих так называемых наставников, то понял, что эти два углумка сидят и еле сдерживаются, чтобы не заржать в полный голос.

— Сволочи, — только и смог выдохнуть я.

Остервенело сорвав с головы ведро, я швырнул его в дальний угол.

— Ну, — отсмеявшись, хмыкнул Сергей, — смех-смехом, а жить захочешь — ещё и не то на голову напялишь.

— Да пошли вы!

— Ладно, — хлопнула в ладоши девушка, — как бы то ни было, накопитель у нас есть, а значит, за объём магической силы можно не переживать. Осталось лишь правильно её применить.

— С этим не очень, — вынужден был признать я.

— Знаю, что не очень.

Элеонора прошлась по чердаку, разглядывая то, что осталось после моей уборки.

— Думаешь, ещё что интересное есть? — с легкой улыбкой поинтересовался Юрьич, наблюдая, как та инвентаризирует шкаф и заглядывает под кровать.

— А вдруг? — фыркнув и смахнув какие-то остатки пыли, что ускользнули от меня и тряпки, девушка покачала головой и обернулась. — Ты точно больше сюда ничего не прятал? — с подозрением посмотрела она на трудовика.

— Да вроде нет, — как-то, на мой взгляд, легкомысленно ответил Глушаков.