Книга третья. Усердная жадность

В общих чертах поведение разумных, не имеющих дальнобойного оружия, было вполне логичным, так как драться с этим титаном в рукопашную мог бы только полный придурок…

– Босс! Опыт! Деньги! – возопил тонким пронзительным голоском возле менякто-то очень напоминающий полного придурка, а затем унесся прямо по направлению к крокодилу.

Это была Тами. Гномка молниеносно переоделась в свой любимый боевой наряд, состоящий из закрытого купальника телесного цвета и массивных наручей с поножами, а потом рванула в атаку очертя голову.

Я едва успел поймать вторую гениальную личность за шкирку, хотя о ней можно было бы волноваться и поменьше – всё-таки Саяка работала с дальней дистанции.

– Куда? – язвительно спросил я висящую в руке девушку, пытающуюся поправить шляпу.

– Драться! – мне было заявлено самым бодрым голосом.

– А ты у оябуна спросила, на чьей стороне мы выступаем? – подложил я крупную свинью всем подряд, – Может, ему крокодил ближе, чем какой-то очередной город? Может, они вообще братаны?

– Ой!

Старик как-то нехорошо на меня посмотрел, явно намереваясь сказать гадость,а то и вовсе нагрубить ни за что, но его и меня отвлекла пролетающая мимо на бреющем с визгом Тами, отхватившая хвостом босса.

Стояли мы в полусотне метров от творящего беспредела, потому я сильно удивился факту, что гномка выжила и, более того, подхватившись с земли и сверкнув измазанным в травяном соке и грязи задом, ломанулась назад мимо нас, размахивая своими телескопическими копьями.

Без задней мысли я бросил на мимопробегающее существо своё новенькое и бестолковое исцеление.

– «Уязвимое место! Критический удар! Активирована Пошлость! Вы излечили Тами Мотоцури, мастеру копейщику 49-го уровня, 156 очков здоровья умением «Жар души»!»

– Аа-ах! – гномка на бегу зарылась носом в траву, дёргая ногами и ягодицами. Подрыгавшись, она затихла в позе убитого наповал, а мы переглянулись, чувствуя, что начинаем неудержимо краснеть. У Кинтаро, уже доставшего свою штурмовую винтовку, аж уши задымились, так как вопль рыжая коротышка издала ну самого специфического толка.

Саяка придушенно хрюкнула, падая на бок и начиная ржать как лошадь Пржевальского, а Одай Тсучиноко, подскочивший ко мне вплотную, отвесил просто короля всех подзатыльников!

Доспех со мной внутри загудел как Царь-колокол.

– Прекратить! – слегка сорванным голосом взвизгнул старик.

– Что именно? – озадаченно спросил я, продолжая гудеть.