Обидеть каждый норовит

— Ты его навсегда?

— Ну нет, зачем же… — ответила богатырю Яга. — Как перестанет быть внутри этим самым, так человеком и станет, должен же у него быть шанс.

— Справедливо, — заключил Добрыня, завершив этим первый день учебного года. Оставалось часа три до ужина, которые можно было потратить на что-то разумное, в понимании богатыря. Поэтому оставив Ягу на пенечке, Добрыня начал тренироваться, чтобы не терять форму.

— Люди в нашем лесу! — кто это кричал, девочка не рассмотрела, да и не старалась особенно, потому что богатырь сразу же обрадовался.

Узнав же, что их еще много, Добрыня обрадовался так явственно, что племя кентавров решило отмигрировать подальше. Случилось ли это до визита богатыря или после, история не сохранила.

Но одна проблема все-таки наличествовала — в замке было скучно, ну просто очень скучно. Заняться, как оказалось, Яге было совершенно нечем, поэтому она решила выполнить просьбу Тринадцатой — разбякнуть абсолютно всех. Как именно принято разбякивать, милая девочка не знала, поэтому решила подойти к проблеме комплексно.

Для начала наслала чары, которыми басурман из городов выгоняли — от них хотелось рыдать, кашлять и гадить одновременно. Для пробы, наслала эти чары на башню, где обретались бывшие боевые маги.

— Спасите! — кричали выбравшиеся из гостиной. — Кто-нибудь!

— Что случилось? — строго спросила школьная медиведьма, резко распахивая дверь гостиной факультета Гриффиндор, сразу же выяснив, что до туалета не добежало больше половины факультета. Поэтому временно занятия прекратились.

Во-первых, храбрые львы приходили в себя в Больничном крыле, во-вторых, слизеринцы, представившие этот поток в подземельях, с удовольствием паниковали, засыпая родителей невразумительными письмами, в-третьих, школьная медиведьма вызвала помощь из Мунго.

Часть 10

День закончился разгоном всех школьников по спальням, чему Добрыня не сопротивлялся, а Яга не возражала. Оказавшись на своей территории, самая сильная ведьма в окрестностях решила пожалеть зверя непутевого, ибо богатырям, как известно, все равно, кого жрать, если тварь бессловесная.

Поэтому, кстати, Горыныч и говорить выучился — жить очень хотелось.

— Ну-ка духи домовые, зверя из зельеварни принесите-ка! — приказала Яга, в ответ перед ней появилось лопоухое существо.

— Тебе какого, Великая Ведьма? — поинтересовалось это создание местного пьяного магического гения.

— Который с четырьмя ногами, — уточнила девочка, показав пальцами: — Вот такусенький.