Обидеть каждый норовит

Совсем недалеко от него стояли двое — мужчина и женщина. Они молча обнимались, при этом дама явно недавно плакала. Мужчина был очень похож на отца тела Яги, но выглядел куда как адекватней вчерашнего.

— Хм… Доброе утро, — поздоровался богатырь, беря палицу наизготовку.

— Доброе утро, — кивнул ему мужчина. — Нас вылечили, так что Мионе ничего не угрожает.

— Все вы так говорите, — ответил ему Добрыня. — Мало ли что вылечили…

— Простит ли меня Миона? — всхлипнула женщина, заставив богатыря насторожиться. Этот комплект родителей казался адекватным, но вчера же Яга не закончила, или же он что-то пропустил?

Проснувшаяся девочка свой сон, разумеется, помнила.

И «вя-а-а-а» Тринадцатой, которым та отлично владела, и обещание Магии. Учитывая, что этот мир никому жалко уже не было, после того как тут Тринадцатую обидели, то вполне возможно… Приведя себя в порядок, Яга быстро поскакала по лестнице вниз, чтобы увидеть стоящих в обнимку родителей и приготовившегося их сократить богатыря.

— Добрыня, фу, они хорошие! — от неожиданности воскликнула девочка.

— Ну, наверное…

— Ягуся, я ж не Горыныч! — укоризненно сообщил Добрыня, впрочем, не обидевшись. — Случилось чего?

— Тринадцатая Магию уломала, — объяснила легендарная представительница славянской мифологии. — Теперь у меня нормальные родители… Ну, пока и насколько это вообще возможно.

— А… Тогда понятно… — богатырь опустил дубину, зевнул и светски поинтересовался: — У нас пожрать есть что?

— Богатырь… — фыркнула Яга, пока еще на имя «Гермиона» не отзывающаяся.

— Миона, прости нас… — тихо попросила женщина, жалобно глядя на девочку. В ответ вздохнувшая Яга просто обняла родителей своего тела, почувствовав какое-то необычное тепло внутри.

— Надо будет вас защитить… — пробормотала девочка. — Пойдемте-ка на кухню, мне мужика кормить надо.

— Какого мужика? — не понял мистер Грейнджер. Что-то до мужчины дошло потом, когда он увидел мышцы парня вблизи, да еще, как тот ел. Если от этого зрелища отец Гермионы испытал нечто, похожее на ужас, то мама девочки смотрела на мальчика с жалостью.

— Оголодал-то как, бедненький, — пожалела она богатыря, чем мгновенно перевела себя в категорию типа «любимая теща», несмотря даже на все планы. Забот сегодня намечалось много, но Добрыня никуда не спешил. Богатырь спешить не любил — это плохо влияло на пищеварение.

Часть 16

Заниматься «невинными жертвами» решили безотлагательно, ибо оставалось не более месяца на все про все.