Прошка Лебеда и жезл некроманта

— Не горят они желанием со мной общаться. Сам видишь, где обитаю. С тех пор, как дрянь всю ко мне из города сливать стали, так и подходить к воде противно. А рыбы какие плавают? Такие скрюченные, что даже я их побаиваюсь. Вот и кукую тут в одиночестве. А от этого характер портиться стал. Ты думаешь я раньше народец топил? Не топил. Добрый был. Теперь другое дело.

— И я от одиночества дурею, — признался Прошка. — У меня же здесь никого. Ни семьи, ни друзей.

— Семья — это наживное! — со знанием дела заметил Водяной.

— Мужик ты не старый. Баба то на примете имеется, как вижу.

— Имеется, — вздохнул Прошка. — И ты не поверишь. До сорока лет дожил, а влюбился, как мальчишка, в первый раз. Даже по ночам снится.

— А она как? — поинтересовался Водяной. — Взаимностью отвечает?

— Да хрен ее разберет, — Прошка задумался. — Сначала нос воротила. По мордасам даже выгребал. Не без того. А перед походом ко мне домой приперлась. Сама.

— Ну ты ее и… — весело предположил Водяной.

— Да куда там? До свадьбы говорит ни, ни.

Даже целоваться не может. Там еще одна проблема имеется?

— Это какая? — заинтересовался Водяной. — Пьет?

— Нет, — помотал хмельной головой Прошка. — Шестерка. Разряд такой. А у меня пять. Пока что…

— Да это за разве проблема? Помниться мне, когда разрядов этих и в помине не было, проще жизнь была. Бывало, купец бабу безродную замуж возьмет. Бывало и наоборот. Любовь на первом месте была. В ней вся сила.

— Любовь, — повторил Прошка. — А ты кого-нибудь любил по-настоящему? — поинтересовался некромант, чтобы перевести разговор на Водяного.

Про себя говорить было уже тошно. Расстройство одно.

— Было! — Водяной как-то сразу загрустил. — Есть еще? Я расскажу.

Спать все равно не хотелось, а потому Прошка предпочел сходить еще за одной фляжкой. Благо, запас имелся. Дружинники расходовали алкоголь экономно. Берегли до возвращения с войны. Откупорив крышку и сделав глоток, Водяной заговорил.

— Было это лет тридцать назад. Как сейчас помню. Я тогда и сам был молод и горяч.

Любил пошутить. То на мост заскочу, когда по нему караван торговый идет. Наши ничего, а заморские чудища верблюды, бывало, от неожиданности и в воду валились вместе с грузом да погонщиками. Случалось, баб таскал. Ради шутки. Зазевается какая с коромыслом, я ее хвать и к себе. Мокну несколько раз, да на берег. А одежда к телу прилипнет, все видно. Зрелище, закачаешься. А иногда, это самое веселое, высмотрю, что бабы на мелководье, юбки закатав, белье поласкают.